|
ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ
Тема диссертационного исследования и ее актуальность:
Настоящее исследование посвящено истории психологии труда в России периода 1917-1957 гг. Психология труда в настоящее время в нашей стране является научно-технической дисциплиной, имеющей предметом исследования психологические аспекты оптимизации формирования и функционирования человека как субъекта труда [Климов Е.А., 1983]. При этом имеются ввиду все разнообразные формы профессионального труда, а также труд по самообслуживанию, неоплачиваемый общественно-полезный труд в семье, в детских коллективах и пр. Подобное широкое понимание категории труда включает психологию труда в систему научных дисциплин, сформировавшихся к настоящему времени и ориентированных на задачи практики в разных отраслях общественной жизни, таких как акмеология, авиационная и космическая психология, военная психология, индустриально-педагогическая психология, инженерная психология, организационная психология, психология спорта, психология управления, транспортная психология, эргономика и др.
Историческое исследование в области психологии труда предполагает реконструкцию возникновения и развития научных дисциплин, которые могли иначе обозначаться, но содержательно были связаны с проблемами психологического изучения человека - субъекта труда. В данном исследовании для краткости будет использован термин «психология труда», однако, речь будет идти также о дисциплинах, имевших другое название, но занимавшихся сходными вопросами.
В общественной мысли современной России хорошо осознана необходимость поиска резервов оптимизации управления в сфере тру
да, производства, торговли, финансов, транспорта, в области здравоохранения, народного образования. Психология труда и смежные дисциплины составляют в новых социально-экономических условиях основу проектирования и оптимизации орудий труда, форм его организации, способов работы с персоналом.
Историко-научная реконструкция развития отечественной психологии труда, индустриальной психотехники, прикладной психофизиологии и связанных с ними течений науки и практики необходима не только сама по себе. Анализ предметно-проблемных вопросов прикладной психологии, теоретических и методологических основ решения задач практики в период 20-30-х гг. и последующих трех десятилетий может быть содержательно полезным для рассмотрения аналогичных проблем современности. В целом история науки - необходимое звено нормального развития научных и практических работ.
Методологическую основу исследования составили представления о генезисе научного знания и роли науки в жизни общества, развитые Богдановым А.А., 1913; Грязновым Б.С, Дыниным Б.С, Никитиным Е.П. 1973; Микулинским СР., 1976; Ракитовым А.И., 1982; Швы-ревым B.C., 1984, а также принципы историко-психологического исследования, разработанные Будиловой Е.А., 1983; Ждан А.Н., 1990; Климовым Е.А., 1983, Муниповым В.М., 1988; Петровским А.В., 1973; Платоновым К.К., 1975; Тепловым Б.М., 1960; Ярошевским М.Г., 1973, 1976 и др.
В историко-научных исследованиях принято выделять традиции интернализма и экстернализма [Микулинский СР., 1976]. Следуя ин-тернализму, историки науки рассматривают свой предмет как возникновение и развитие научных идей, изучают предметно-логические характеристики науки, преемственность или смену научных парадигм,
как относительно независимых от окружающего общества. Экстерна-листы, напротив, видят детерминанты развития науки во внешнем социально-историческом контексте жизни ученых, не всегда учитывая внутренние закономерности развития науки.
Выбранный в данном исследовании системно-деятельностный подход, вытекающий из марксистских традиций, рассматривает место и роль науки, как познавательного инструмента в жизнедеятельности коллективного субъекта - общества [Богданов А.А., 1913; Кедров Б.М., 1971; Микулинский СР., 1976; Ракитов А.И., 1982; Швырев B.C., 1984]. Движущие силы развития науки как формы общественного сознания коренятся в развитии потребностей преобразовательной деятельности его субъекта. Формирование проблематики научного исследования зависит, однако, не только от поставленных обществом задач, но и от их понимания, видения общественной ситуации учеными. Последнее определяется научными традициями, коллективным научным опытом, системой научных концепций, имеющимися методами исследования. Развитие науки, ее статус в обществе, организационные формы зависят не только от реальных достижений, успехов, творческого озарения отдельных ученых. Судьба научных коллективов, ученых, судьба научных идей определяется также востребованностью научного продукта обществом, историческими условиями, детерминирующими выбор способа решения социально значимых задач. Последнее положение особенно важно иметь ввиду в мысленной реконструкции истории научных дисциплин, тесно связанных с социальной практикой. История психологии труда, как ветви психологии, не может быть полноценно реконструирована на основе изолированного от исторических условий анализа научных идей, используемых теорий.
Степень разработанности темы.
Имеющиеся в настоящее время историко-психологические исследования касаются общеметодологических и организационных аспектов психотехнического движения [Котелова Ю.В., 1967; Петровский А.В., 1967], рассматривают связь советской и зарубежной психотехники, тейлоризма [Котелова Ю.В., 1986; Ярошевский М.Г., 1976], либо излагают только проблематику и основные достижения психологии труда 20-30-х гг. [Геллерштейн С.Г., 1960; Казаков В.Г., 1983; Платонов К.К., Казаков В.Г., 1980] либо знакомят читателя с историей определенного направления, отдельных проблем психологии труда и смежных дисциплин. Так, имеются публикации, посвященные истории отечественной профессиографии [Галкина О.И., 1969], проблем профессионального обучения и развития [Чебышева В.В., 1969], социально-психологической тематики в советской психологии труда [Казаков В.Г., 1978], истории авиационной психологии [К истории ..., 1981; Платонов К.К., 1960], советской военной психологии [Барабанщиков А.В. с соавт., 1967], истории эргономики [Зинченко В.П., Мунипов В.М.,1979; Мунипов В.М., 1988] истории инженерной психологии в России [Лучков В.В., 1979; Пископпелъ А.А. с соавт., 1994].
Однако, реконструкция истории научной дисциплины, носящей научно-технический, прикладной характер не может быть полноценной, если в центре внимания исследования оказываются только сами научные проблемы, опыт и методы их решения в отрыве от социально-исторического контекста, от гражданской истории общества - заказчика и потребителя научно-практических исследований.
В течение длительного времени в нашей историко-психо-логической литературе было принято считать, что до революции 1917 г. в России не существовало психологии труда, что она возникла
в нашей стране лишь в 20-е годы на волне «Нотовского» движения и была по сути продуктом некритического заимствования зарубежной индустриальной психотехники, порожденной, в свою очередь, запросами капиталистического общества [Котелова Ю.В., 1967; Петровский А.В., 1967]. Полагали, что индустриальная психотехника была теоретически недостаточно обеспеченной и потому являлась скорее псевдонаукой, нежели наукой [Колбановский В.Н., 1936].
С нашей точки зрения, трагическая судьба советской психотехники, прекратившей свое существование осенью 1936 г. в результате «самороспуска» Всесоюзного Общества психотехники и прикладной психофизиологии (ВОП и ПП), последовавшего за Постановлением ЦК ВКП(б) от 4 июля 1936 г. «О педологических извращениях в системе Наркомпросов», может быть по-настоящему понята лишь через анализ психотехнической практики в свете гражданской истории, только при учете политических, экономических, идеологических обстоятельств жизни советского общества. Данное положение верно, если рассматривать науку не только как продукт творчества отдельных людей (самих ученых и лиц, занятых управлением научной деятельностью в обществе), но как познавательный инструмент жизнедеятельности общества — коллективного субъекта. Важно выяснить, в какой степени действительно требовались научно-психологическое изучение проблем труда и связанная с ним социальная практика в России рассматриваемого периода.
До определенных пор такое объективное историко-научное исследование в отношении проблем психологии труда было затруднительно и поэтому историко-психологические работы, по необходимости, ограничивались предметно-содержательным анализом отдельных проблем и направлений психологии труда. В последнее время появи
лись публикации, отчасти восполняющие имеющийся пробел в отношении социальной истории психологии труда [Курек С.Н., 1997, 1998; Петровский А.В. 1988; Эткинд А., 1994], однако, они касаются самых общих вопросов, объединяющих положение и судьбу индустриальной психотехники и педологии в нашей стране в связи с упомянутым выше Постановлением ЦК ВКП (б) 1936 г..
Недостаток существовавших публикаций по истории отечественной психологии труда состоит также в игнорировании психологических знаний о труде и трудящемся, накопленных в дореволюционной России конца XIX — начала XX в. Этот недостаток был частично преодолен в диссертационном исследовании автора [Носкова О.Г., 1986], результаты которого были опубликованы [Климов Е.А., Носкова О.Г., 1992]. Указанная публикация и последующие исследования позволили автору рассматривать работы 20-30-х гг. в контексте имевшихся традиций, преемственности опыта дореволюционного периода.
Еще один недостаток существовавших до настоящего времени публикаций состоит в отсутствии сколько-нибудь развернутых материалов, касающихся истории зарубежной индустриальной психологии, которая представлялась преимущественно как продукт реализации идей «Научного менеджмента» Ф.У. Тэйлора, обеспечивающих прибыли и выживаемость отдельных предприятий в условиях капиталистической конкуренции; отсутствовала характеристика проблематики, научных основ, организационных форм работ в этой области. Исключение составляет анализ зарубежной дифференциальной психологии — основы профессионального подбора, проделанный М.Г. Ярошевским [1976]. Однако, профподбор, широко распространенный
в 20-30-е гг., не поглощал тематики хозяйственной психотехники 20-30-х гг..
Недостаточными представляются также имеющиеся материалы в отношении сбора, систематизации накопленного положительного и отрицательного опыта в интересующей нас области в период 20-30-х гг. и последующее 30-летие, освещение вопросов теории, методологии прикладных исследований в хозяйственной сфере, связи прикладной и общей психологии.
Указанные недостатки и ограничения имеющихся историко-научных публикаций были учтены в определении целей и задач настоящего исследования.
Временные границы периода отечественной истории, подлежащие изучению в данной работе, были выбраны исходя из следующих соображений. 1917 г. — год Октябрьской революции, круто изменившей общественный строй в России. 1957 г. — время начального преодоления последствий культа личности И.В. Сталина, год проведения первого после 1936 г. Совещания по психологии труда, на котором было принято решение о возрождении этой дисциплины как законной ветви прикладной психологии. Последующий период развития нашего общества характеризуется развитием инженерной психологии, эргономики, социально-психологической проблематики и требует особого анализа.
Периодизация психологии труда в рамках рассматриваемого периода: (1917-1921) — годы войны и военного коммунизма; (1921-1928) — годы новой экономической политики; (1929-1941) — период первых пятилеток, коллективизации и индустриализации, предвоенной милитаризации экономики; (1941-1945) — годы Великой Отечественной войны; (1945-1957) — период послевоенного восстановления народного хозяйства, осуждения культа личности и преодоления его последствий (Пленум ЦК КПСС, 1953 г.; XX съезд КПСС, 1956 г.; Пленум ЦК КПСС, 1956 г.).
Гипотеза исследования состоит из следующих положений:
1) Свертывание работ в советской индустриальной психотехнике в 1936 г. могло быть не столько результатом теоретической слабости, ошибок, злой воли отдельных личностей, сколько необходимым требованием, обусловленным социально-политической и экономической обстановкой в стране.
2) Реконструкция возникновения и развития научной дисциплины, носящей научно-технический, прикладной характер (психологии труда, в частности), не может быть полноценной, если в центре внимания исследования оказываются только сами научные проблемы, опыт и методы их решения в отрыве от социально-исторического контекста, от гражданской истории общества - заказчика и потребителя научно-практических исследований.
3) Не смотря на формальное отсутствие в России в период с 1936 по 1957 гг. специально-научных организаций, ориентированных на проблемы психологии труда, данная тематика могла быть представлена в деятельности ученых и практиков, то есть, научное знание в интересующей нас области могло накапливаться и развиваться в условиях, отличных от развитых институциональных форм научной деятельности.
4) Зарубежная индустриальная психология (психотехника) возникла и развивалась не столько как дань моде или следование частным интересам отдельных лиц (предпринимателей), но как научная
дисциплина, порожденная социально-значимыми задачами. Указанные задачи могли быть актуальными и в России периода нэпа.
5) Научный потенциал и формы научных исследований в области основных проблем отечественной психологии труда должны были определяться опытом, накопленным в дореволюционной России, состоянием отечественной психологической науки в ее целом, контактами с мировой психологической наукой, а также условиями жизни Российского общества в соответствующие периоды его истории.
Конкретные задачи исследования:
1) Определить круг источников для суждения о политических, социально-экономических условиях жизни в России в каждом из выделенных периодов ее истории. Выяснить и систематизировать запросы общественной жизни России в решении социально-значимых задач, требующих научно-психологических знаний о труде и трудящемся в рассматриваемые периоды ее истории.
2) Определить круг первоисточников и способы их анализа для репрезентативной характеристики организационных форм научных и научно-практических исследований в области психологии труда, понимаемой в широком смысле, и смежных дисциплин в России (1917-1957 гг.) с учетом аналогичного зарубежного опыта и дореволюционных отечественных исследований.
3) Рассмотреть практико-ориентированные задачи и теоретико- методологические проблемы индустриальной психотехники с точки зрения самих психотехников и современных позиций.
Объект исследования и источниковедческая база.
В данном исследовании собирались и анализировались публикации, отражающие научные и научно-практические работы в области психологии труда и смежных психологических дисциплин в нашей стране (и за рубежом), которые могли бы служить основанием для суждения об основных составляющих научного потенциала в этой области, накопленного в России в период 1917-1957 гг. В качестве основных источников были выбраны периодические издания, отражающие деятельность научно-профессиональных сообществ, занимавшихся вопросами психологии труда: журналы «Психология» (1928-1932), «Психофизиология труда и психотехника» (1928), «Психотехника и психофизиология труда» (1929-1931), «Советская психотехника» (1932-1934) — орган Всесоюзного общества психотехники и прикладной психофизиологии (ВОП и ПП), «Вопросы труда» (1923-1933) — орган НК Труда СССР, «Время» — орган Лиги «Время» (1923-1925), «За промышленные кадры» (1930-1937), «Гигиена труда» (1923-1926), «Гигиена и безопасность труда» (1927-1928), «Гигиена, безопасность и патология труда» (1929-1931), «Гигиена труда и техника безопасности» (1933-1938), «На фронте индустриализации» (1930-1937); периодическое издание «Известия Академии Педагогических Наук РСФСР (1947-1957), Указатель литературы, выпущенной Институтом психологии за 50 лет (с 1917 по 1967 гг.), М.: АПН СССР, Институт психологии, 1967. Вып. 1-6; «Советская педагогика» (1940-1957), «Вопросы психологии» (1955-1957), группа периодических изданий идеологической ориентации: «Естествознание и марксизм» (1929-1930), «За марксистско-ленинское естествознание» (1929-1932), «Фронт науки и техники» (1929-1938), «Вестник коммунистической академии» (1925-1934); материалы отечественных конференций — «1-й Всероссийской ини
циативной конференции по научной организации труда и производства» [М., 1921], Материалы отечественных (1927-1931) и зарубежных психотехнических конференций (Международной Психотехнической Ассоциации, ставшей с 1949 г. Международной Ассоциацией Прикладной Психологии — МАПП); материалы, отражающие деятельность коммунистической партии и руководства страны в отношении проблем труда и производства; сборники научных работ, монографии; материалы личных архивов лидеров психотехнического движения в Советской России — И.Н. Шпильрейна и С.Г. Геллерштейна, предоставленные родственниками и лабораторией истории психологии Института Психологии РАН, историко-научные и историко-психологические публикации.
Предметом изучения были социально-исторические, политические и экономические условия возникновения и развития психологии труда (и смежных дисциплин) рассматриваемого периода; организационные формы научно-практических исследований проблем пси-хо-логии труда, общественно-научные движения, деятельность их ли-де-ров; основные проблемы психологии труда и смежных наук, методы их решения, положительный опыт и недостатки, теоретические, методологические вопросы психологии труда (индустриальной психотехники и прикладной психофизиологии) в России и за рубежом.
Методы исследования и достоверность полученных результатов. Использовались традиционные для истории науки историографические методы анализа первоисточников. Достоверность результатов, суждений, выводов обеспечивалась работой с архивными материалами, а также способом подбора первоисточников, предполагавшим сплошной просмотр всех публикаций выбранных периодических
изданий. Предполагалось, что периодические издания, и, в особенности, материалы конференций могут отражать достаточно полно круг обсуждавшихся вопросов и способы их решения.
На защиту выносятся следующие положения:
1. Поскольку психология труда не является «чистой» сугубо академической наукой, но представляет собой пример прикладной ветви психологического знания, для реконструкции возникновения и развития данной отрасли науки в России в период с 1917 по 1957 гг. оказался адекватным системно-деятельностный подход, опирающийся на понимание места и роли науки как познавательного инструмента в жизнедеятельности коллективного субъекта — общества в целом. Данный подход предполагает анализ не только самой научной и научно-практической деятельности отдельных ученых, научных школ, идей, методов, концепций, но он также включает анализ общественной среды — объемлющей системы, в которой складывается социальный заказ, оцениваются и внедряются результаты научной деятельности. Развитие науки, как сложно организованной системы, понимается как обусловленное не только внутринаучной логикой, но и идеологическими, политическими, социально-экономическими факторами.
2. Представленный в работе материал демонстрирует преемственность знаний, подходов и методов в изучении труда и трудящихся в психологии и психофизиологии труда 20-х гг. по отношению к работам деятелей дореволюционной России (психологов, физиологов, невропатологов, фабричных и школьных врачей, инженеров и педагогов); в предреволюционные годы (до 1917 г.) в России сложились, были осознаны как актуальные и получили научную разработку практически все основные проблемы современной психологии труда и смежных научных дисциплин. Психология труда уже существовала в фор
ме научно-психологических знаний о труде и трудящемся, но еще не оформилась в единую научную дисциплину.
3. Психология труда в России (в форме психотехники и психофизиологии труда 20-х гг.) формировалась в тесной связи с мировой практикой прикладной психологии благодаря существованию общности социально-важных задач. Возникновение и развитие индустриальной психологии за рубежом (в странах Европы и США), также как и в России, было обусловлено развитием капитализма, крупного промышленного производства, требовавшего научно-психологического изучения труда и трудящихся для решения социально-значимых проблем: профилактики катастроф, аварий и несчастных случаев на производстве, транспорте, разработки технологий профессионального обучения персонала, помощи населению в трудоустройстве, выборе профессии, повышении производительности труда и т. п. Зарубежные научно-практические учреждения в данной сфере финансировались не только частными фирмами, но и государством, что свидетельствует о важности тематики, объективном, а не случайном характере проблем.
4. История отечественной психологии труда (1917-1957 гг.) может служить моделью существования и развития прикладных (научно-технических) дисциплин в зависимости от меняющейся социальной среды, задающей поле социально-значимых задач, проблемное поле научных исследований, связанное с их решением, и востребующей продукт деятельности ученых и практиков. Так, в России периода нэпа в условиях многоукладной экономики сложились общественные предпосылки, близкие к условиям капиталистических стран с демократическими формами общественного правления. Поэтому в этот период получили развитие направления исследований, имевшие доре
волюционные традиции и в принципе тождественные зарубежным образцам хозяйственной психотехники.
Смена политического и экономического курса в годы первых пятилеток, политика чрезвычайных мер с необходимостью привели к ликвидации или перепрофилированию учреждений, занимавшихся вопросами НОТ, охраны и гигиены труда, психологией и психофизиологией труда. Индустриальная психология, психотехника, сложившаяся в условиях относительной демократии, оказалась неадекватной эпохе чрезвычайных мер в 30-е гг. в СССР. Восстановление прикладной психологии в данной области, как официально признанной научной дисциплины, стало возможным только в период преодоления тоталитарного режима в стране (конец 50-х гг.).
Вместе с тем, интервал 1936-1956 гг. можно рассматривать как период «инобытия» в развитии данной ветви психологической науки, характеризующийся тем, что научно-психологическое знание о труде и трудящемся накапливалось и фиксировалось в науке и практике вне институциональных форм научной деятельности. Возрождение прикладной психологии, занимающейся вопросами труда в 50-е гг. было закономерно обусловлено требованиями научно-технического прогресса, расширением наукоемких производственных технологий (особенно связанных с проектированием и использованием военной техники), органично включающих человеческий, психологический фактор.
5. Научно-психологическое изучение профессионального труда и трудящихся оказывается объективно необходимым в той мере, в какой хозяйственная сфера регулируется экономическими законами и предприятия являются субъектами хозяйствования, тем, в какой степени надежность эргатических систем, производственных технологий все
более зависит от человека - субъекта труда, и тем, насколько при этом в обществе реально уважаются права личности, признаются такие ценности, как здоровье человека (для него самого и для общества), квалификация работника, его индивидуальная неповторимость.
6. Основные проблемы психологии труда рассмотрены в контексте современных им зарубежных исследований и опыта, накопленного в работах соотечественников дореволюционного периода. К положительным достижениям отечественной психологии труда, НОТ в период 1917-1957 гг. следует отнести:
— вклад в создание психологической теории деятельности (принципов и технологий психологического исследования конкретных видов профессиональной деятельности, аналогов концепции деятель- ностного опосредования высших психических функций, типологий профессий);
— развитие дифференциально-психологической концепции личности и индивидуальности (концепции межиндивидуальной изменчивости), методов диагноза и прогноза успешности деятельности в связи с проблемами профотбора и профконсультации;
— разработку концепции внутрииндивидуальной изменчивости психики в процессе труда, концепции работоспособности человека как субъекта труда, учитывающей роль субъектных и объектных факторов эффективности труда;
— исследование внутрииндивидуальной изменчивости профессионально-важных качеств (ПВК) в процессе упражнения (концепции функционального развития) и создание технологий содействия развитию ПВК; разработку концепции трудового воспитания и перевоспитания личности — субъекта труда;
— совершенствование концепции и технологий восстановительного упражнения в трудотерапии (при органических поражениях, травмах а также при нервно-психических заболеваниях);
— разработку концепций психологического изучения и технологий профилактики несчастных случаев и аварий в труде;
— развитие идей и технологий рационализации психологического воздействия на людей (через средства массовой коммуникации), исследование социально-психологических феноменов в труде и их использование в целях оптимизации труда;
— разработку идей и технологий рационализации существующих видов труда и проектирования новых с учетом научно-психологических знаний.
— создание всеобщей организационной науки «тектологии» (имевшей значение для НОТ, психологической практики рационализации труда и производства в психологии), предвосхитившей появление кибернетики, теории систем, в частности, системного подхода в психологии.
7. Расширение предметной области исследования в психологии с ориентацией не только на само по себе знание, но его использование для практики — оказало существенное влияние на развитие психологической науки в рассма триваемый период.
8. Историко-научный анализ позволил выделить внешние и внутринаучные причины кризиса отечественной психотехники в 30-е гг..
Внешними причинами кризиса были: обострение идеологического противостояния СССР и стран капитализма в связи с приходом к власти фашистских режимов в Италии, Германии, привлекавших индустриальных психологов к сотрудничеству; изменившиеся соци
ально-экономические и политические условия жизни в СССР в период массовой коллективизации и индустриализации; широкое распространение в СССР (как и за рубежом) конвейерно-поточных форм организации производства массовой продукции, ориентированных на «среднего», а не на «первоклассного работника», обесценивающих квалификацию и индивидуальную неповторимость личности субъекта труда; направленность социально-трудовой политики партии и правительства на мобилизацию всех резервов для интенсификации труда за счет внеэкономических способов управления в экономике; свертывание учреждений, занимавшихся научной организацией и рационализацией труда, подчинение относительно независимых государственных служб охраны и гигиены труда - руководителям ведомств и зависящим от них профсоюзам; организация философско-идеологических дискуссий, направленных на перестройку наук в русле методологии диалектического материализма.
Внутринаучными детерминантами кризиса советской психотехники начала 30-х гг. были случаи низкой эффективности ряда исследований и попытки научной рефлексии их причин, попытки найти наиболее эффективные способы постановки и решения задач практики. В дефектах психологической практики (в том числе в сфере хозяйственной жизни) проявились, среди прочего, также и ограниченные возможности накопленного к тому времени потенциала общетеоретической и экспериментальной психологии.
9. В контексте практических задач, которые были в центре внимания психотехники и психофизиологии труда, работающий человек и его деятельность рассматривались на разных уровнях, с различных позиций. Представляется важным и не утратившим своей актуальности тезис психотехников о необходимости соответствия предмета научно
го исследования объекту воздействия. Отсюда следует, во-первых, необходимость разработки специально-научных концепций разного уровня и особого содержания, ориентированных на своеобразие объекта воздействия, конкретной задачи. Вторым следствием данного тезиса является необходимость использования в специально-научных теориях достоверных, научно обоснованных общепсихологических представлений о психике и деятельности человека, без которых вряд ли возможно создание адекватных объяснительных специальных теоретических моделей.
10. Опыт психотехники (отечественной и зарубежной) продемонстрировал достаточную эффективность как «объектного» подхода, (оперирующего обобщенными моделями «среднего» или «первоклассного» работника и его трудовых действий), основанного на познавательных традициях естественных наук, так и «субъектного» подхода, подчеркивающего своеобразие гуманитарного знания, специфику изучения и технологий воздействия на уникальные единичные объекты — конкретную личность. Историко-научный анализ свидетельствует, таким образом, о том, что в прикладной психологии (психологии труда, в частности) могут и должны сосуществовать, а не противостоять познавательные традиции естественно-научного и гуманитарного знания; их взаимоотношения должны строиться по принципу дополнительности, а не взаимоисключения, так как они обслуживают разные проявления психической реальности, выступающие в контексте разных социально-важных зада ч.
Научная новизна результатов и теоретическая значимость исследования:
— впервые представлена социальная история психологии труда в России периода 1917-1957 гг., реконструированная с учетом социально-политических, экономических условий общественной жизни, порождающих проблематику и востребующих результаты научных исследований;
— история психологии труда рассматривается как история становления и развития практико-ориентированных научных проблем, имеющих преемственность с аналогичными отечественными дореволюционными работами сходного содержания, а также зарубежными исследованиями;
— представлен вклад отечественной психологии труда и прикладной психофизиологии в развитие проблем общей психологии и психологической науки в целом;
— на основе анализа теоретических и методологических исследований психологии труда (психотехники и прикладной психофизиологии) рассматриваемого периода выдвинут принцип дополнительности взамен противопоставления субъектного и объектного подходов в психологии, как взаимоисключающих друг друга.
Соотношение субъектного и объектного подходов в известной мере аналогично соотношению гуманитарной и естественно-научной парадигм в психологии. В этой связи опыт исторического рассмотрения проблем психологии труда может быть полезным и для решения современных проблем методологии психологических исследований, особенно в области прикладных направлений. В частности, представляются неправомерными предложения отказаться от традиций естественно-научных исследований в психологии, заменив их тра
дициями, близкими к принципам понимающей психологии, как единственно адекватными психологической практике [Кравцов Г.Г., 1998; Пузырей А.А., 1993; Розин В.М., 1993 и др.]
Такого рода предложения, опирающиеся на практику работы с индивидуальным сознанием, игнорируют практические задачи психологии, ориентированные на обобщенные типовые способы их решения. Любое научно-практическое исследование, которое имеет дело не с конкретным человеком, но с типовой проблемной ситуацией, с необходимостью вынуждено оперировать абстрактным понятием субъекта деятельности, которое по мере все большего отдаления от живого человека, конкретного казуса — все более приближает исследователя к идеальному объекту — обобщенной теоретической модели субъекта деятельности. Такого рода теоретические модели приобретают характеристики объектности, а критерии их пригодности к решению задач объяснения, прогноза, проектирования новых видов деятельности, их условий и средств (внешних и внутренних) все более приближаются к критериям, традиционным для естественных наук. Так понимаемый объектный подход в прикладной психологии вовсе не означает антигуманности исследователя и его продукта, так как конечная цель состоит в оптимизации труда, оздоровлении его и обеспечении безопасной и качественной по результатам профессиональной деятельности в интересах каждого работника, предприятия и общества в целом.
Таким образом, в диссертационном исследовании содержится материал, полезный для решения спорных методологических вопросов современной прикладной психологии, которые в начале XX в. были известны в форме противопоставлении номотетического и идиогра-фического подходов в работах В. Виндельбанда и Г. Риккерта. Если в начале века требовалось специально обосновывать право научного
изучения отдельных единичных объектов — психологии личности, то в наше время приходится обсуждать вопрос о сохранении в психологии общенаучных концепций и закономерностей, традиционных критериев научности, возможности объектного подхода по отношению к изучению психической реальности.
Апробация работы, ее практическая значимость и внедрение результатов. Настоящее диссертационное исследование выполнено в рамках плановой работы кафедры психологии труда и инженерной психологии факультета психологии МГУ им. М. В. Ломоносова по теме: «Вопросы изучения человека, как субъекта труда в историческом аспекте», которая была разделом более общей темы «Психологические условия функционирования и формирования человека как субъекта труда» (№ государственной регистрации 01.9.50006625). Прикладное значение диссертационного исследования состоит в том, что его результаты позволяют повысить уровень профессиональной культуры специалистов-психологов, работающих в сфере народного хозяйства, государственного управления, образования, совершенствовать программы и методические пособия для подготовки психологов, инженерно-педагогических работников профессионального образования и других специалистов, изучающих труд человека. Так, в частности, материалы исследования использованы в подготовке психологов, а именно: в спецкурсах «История психологии труда» и «Творчество А. А. Богданова и психология» для студентов специализации «Психология труда и организационная психология», «Общая психология», в общем курсе «Психология труда и инженерная психология» факультета психологии МГУ им. М.В. Ломоносова.
Результаты исследования были доложены на научной конференции МГУ «Ломоносовские чтения» в 1991, 1997 гг., в докладе на Международной конференции: «II Московские встречи. Современная психология: исторические, методологические и социокультурные аспекты развития». М., 1995 г.; в докладе на 1-й Всероссийской научной конференции по психологии РПО «Психология сегодня» в 1996 г., в сообщении на расширенном заседании кафедры общей психологии факультета психологии МГУ 28 октября 1998 г.; опубликованы программы общих и специальных курсов [1996] и учебные пособия [1997, 1992, 1983]. Учебное пособие «История психологии труда в России. 1917-1957 . М.: Изд.-во Моск. ун.-та, 1997. 334 с. —рекомендовано Министерством общего и профессионального образования Российской Федерации в качестве учебного пособия для студентов вузов, обучающихся по направлению и специальности «Психология».
Структура и объем диссертации: диссертация состоит из введения, 11-ти глав, заключения, приложений, списка литературы, содержащего 830 наименований. Общий объем работы 492 стр.
|
