Электронная библиотека Веда
Цели библиотеки
Скачать бесплатно
Доставка литературы
Доставка диссертаций
Размещение литературы
Контактные данные
Я ищу:
Библиотечный каталог российских и украинских диссертаций

Вы находитесь:
Диссертационные работы России
Исторические науки
Отечественная история

Диссертационная работа:

Бородин Анатолий Петрович. Государственный совет России, 1906 - 1917 гг. : Состав и роль в истории третьеиюньской монархии : диссертация ... доктора исторических наук : 07.00.02.- Киров, 2000.- 489 с.: ил. РГБ ОД, 71 01-7/72-7

смотреть содержание
смотреть введение
Содержание к работе:

Введение 3

Глава I. Реформа Государственного совета 20 февраля 1906 г 29

Глава П. Состав Государственного совета в первую сессию

(27 апреля - 10 июля 1906г.) 57

Назначенные члены. - Выборные члены. - Формирование политических групп. - Академическая группа. -Группа правых. - Группа центра.

Глава Ш. Состав Государственного совета в 1906 - 1917 гг 129

Социальное происхождение членов Госсовета. -Имущественное положение членов Госсовета. - Возраст членов Госсовета. - Национальный состав Гос. совета. - Образование членов Госсовета. - Чины в составе Гос. совета. - Содержание членов Гос. совета. -Госсовет и Объединенное дворянство. - Некоторые дополнительные штрихи к характеристике состава Госсовета в 1906-1917 гг.

Глава IV. Политические группы в составе Государственного со -

вета в1906-1917гг 180

Первые сессии (27.IV. - 10.VII. 1906 г.; 20.П. - 5.VI. 1907 г.) - Третья сессия (1.Х. 1907 г. - 5.V1I.1908 г.) - Четвертая сессия (15.Х.1908 г. - 12.VI.1909 г.) - Пятая сессия (10.Х. 1909 г. - 17.VI. 1910 г.) - Шестая сессия (15.Х. 1910 г. - 28.V. 1911 г.) - Седьмая сессия (15.Х.1911 г. -25.VI. 1912 г.) - Восьмая сессия (1.XI.1912 г. - 4.VII. 1913 г.) - Девятая сессия (1.XI. 1913 г. - 30.VI. 1914 г.)

Десятая сессия (17 - 30.1.1915 г.) Вопрос о председателе Госсовета. - Госсовет и Прогрессивный блок. -Попытка правого единения. - Правая группа Госсовета в 1915 г. - Выборы в Гос. совет летом и осенью 1915 г. -Назначения в Гос. совет в 1915 г. - ХП сессия (9.II -22. VI. 1916 г.) Госсовет и правительство Б. В. Штюрмера.

Выборы членов Госсовета в сентябре-октябре 1916 г. -Начало ХШ сессии. «Исторические дни» в Госсовете. -«Чистка» Госсовета.

Глава V. Государственный совет и реформы П.А.Столыпина 254

Указ 9 ноября 1906 г. - Реформа местного суда.- Попытки реформировать земство. - Волостная реформа. -Попытки реформировать народное образоваие.

Заключение 345

Приложение 1. Таблицы 1-14 352

Приложение 2. Члены Гос. Совета (1906 - 1917) 366

Примечания 418

Источники н литература 470

Введение к работе:

Изучение истории Государственного совета (Госсовета) 1906-1917 гг. самым непосредственным образом связано с проблемой предпосылок Февральской революции.

Преобразованный в 1906 г. в равноправное с Государственной думой законодательное учреждение, он превратился фактически в верхнюю палату российского «парламента» и сыграл валеную роль в судьбе третьеиюньской монархии. Третьеиюньская политическая система как средство осуществления бонапартистского курса не исчерпывалась Государственной думой, ее механизмом двух болынинств. Важнейшим элементом ее был Госсовет: по замыслу творцов реформы 1906 г. он должен был играть роль «спасительного тормоза», умеряя реформаторский пыл Думы и корректируя одобренные ею законопроекты. Однако в условиях усиливающегося размежевания внутри третьеиюньского блока Госсовет превращается в оплот правых и парализует законодательную деятельность и Думы, и правительства.

Аграрная реформа Столыпина, будучи по своему характеру буржуазной, грозила еще более увеличить пропасть между отсталым политическим строем и уровнем развития капитализма в стране. Поэтому столыпинский план реформирования, в полном соответствии с политическими целями самодержавия и по образцу буржуазных реформ 60-х годов прошлого столетия, включал еще и целую серию надстроечных реформ, о которых Столыпин впервые заявил в правительственной декларации 24 августа 1906 г. Реформы местного суда, земского самоуправления, волостная, начального образования и др. были, по справедливому заключению В. С. Дякина, политическим выводом из аграрной реформы, "базировались" на ней и "вытекали из нее как логическое следствие".

Получив одобрение большинства III Думы, эти реформы не смогли преодолеть Госсовет. В этих условиях аграрная реформа из фактора, укрепляющего самодержавие, неизбежно превращалась в обстоятельство, усугубляющее его положение. Попытка решить «сверху» объективные задачи буржуазной революции провалилась, что делало неизбежной новую попытку решить их «снизу».

В годы мировой войны, в условиях обостряющегося революционного кризиса, правое большинство Госсовета парализовало все поползновения Прогрессивного блока.

Очевидна, таким образом, крупная роль Госсовета в провале политики мирного трансформирования самодержавия в буржуазную монархию. Выяснение этой роли открывает более широкие возможности для конкретно-исторического обоснования закономерности Февральской революции.

В некоторой степени эта роль определялась местом Госсовета в системе высших государственных учреждений, однако в гораздо большей мере она была обусловлена личным его составом и соотношением сил его политических групп.

Целью настоящего исследования является определение места Госсовета в политической системе, анализ его состава и выяснение его роли в политической борьбе последнего десятилетия Российской империи. Задачи свои автор видит в том, чтобы выяснить характер реформы Госсовета в 1906 г.; проанализировать состав назначенных к присутствию и выборных членов в начале работы реформированного Госсовета; рассмотреть формирование в нём политических групп и охарактеризовать последние; исследовать состав Госсовета со стороны социального происхождения его членов, их имущественного положения, возраста, национальности, образования, служебного положения, содержания, политической позиции; проследить динамику этих признаков за 1906-1917 гг.; определить характер и причины перемен в личном составе, численность групп и соотношение их сил на протяжении изучаемого периода; проанализировать обсуждение в Госсовете тех законопроектов из программы П. А. Столыпина,

которые касались, главным образом, основной части населения Российской империи - крестьянства, и уяснить мотивы обструкции законодательной деятельности Думы и причины отказа правого крыла третьеиюньского блока от осуществления того минимума буржуазных преобразований, который должен был, по замыслу Столыпина, снять с повестки в России проблему буржуазной революции.

Хронологические рамки исследования определяются временем существования реформированного Госсовета.

* * *

Для решения поставленных задач проработан значительный комплекс источников, архивных и опубликованных.

Важную часть их составляют законодательные акты 1905-1906 гг., помещенные в Полном собрании законов Российской империи (Собрание 3. Т. XXV. Отд. I; Т. XXVI. Отд. I), а также в Своде законов Российской империи (Т. І. Ч. I. Изд. 1906 г.). Они проливают свет на причины, цели и характер реформы Госсовета; определяют место реформированного Госсовета в системе высших органов власти, состав и способы его комплектования, устройство, предметы ведения, порядок делопроизводства.

Следующая группа использованных нами источников - материалы законодательной деятельности. Первую подгруппу среди них составляют связанные с реформой Госсовета. Это материалы совещаний, создаваемых в 1905-1906 гг. при дореформенном Госсовете для обсуждения вопроса о государственных преобразованиях (совещания на квартире Д. М. Сольского в сентябре - октябре 1905 г., совещание под председательством Сольского же в ноябре - декабре 1905 г. и январе 1906 г., совещание статс-секретарей и товарища государственного секретаря под председательством барона Ю. А. Икскуля 7 марта 1906 г., Особое совещание под председательством Сольского в марте - апреле 1906 г.), и Царскосельского совещания под председатель-

ством Николая II в феврале 1906 г. Источники эти введены в научный оборот А. Д. Степанским, а в части своей, будучи опубликованными, стали известны ещё раньше. Широко использовались они и Р. Ш. Ганелиным. Мы обращаемся к ним в попытке уточнить и несколько скорректировать сложившееся в отечественной историографии представление о характере реформы Гос. совета в 1906 г.

Использованы нами и материалы совещаний под председательством царя в Петергофе в июле 1905 г.4 и в Царском Селе в декабре 1905 г.5 и в апреле 1906 г.6 Они позволяют уточнить время и обстоятельства осознания необходимости реформы Госсовета, а также мотивы реформаторов.

Вторая подгруппа - материалы законодательной деятельности реформированного Госсовета. Это прежде всего материалы I и II отделений по делам законодательным Государственной канцелярии (РГИА. Ф. 1162. Описи 3 и 4), отражающие прохождение через вторую палату указа 9 ноября 1906 г., законопроектов о распространении Положения о земских учреждениях на неземские губернии, о волостном земском управлении, о преобразовании местного суда и о народном образовании.7 Здесь содержатся материалы обсуждения поступивших законопроектов в комиссиях (доклады комиссий, особые мнения, постатейные замечания, поправки, иногда - протоколы заседаний комиссий), в общем собрании (протоколы и стенограммы) и в согласительных комиссиях (протоколы заседаний и доклады комиссий). Нередко в комиссиях для обсуждения отдельных аспектов законопроекта создавались подкомиссии, работа которых также отражается материалами данных дел. Здесь же отражен личный и партийный состав комиссий и изменения в нем. В совокупности, материалы эти позволяют характеризовать деятельность верхней палаты, отношение её групп к тому или иному законопроекту; есть возможность выяснить и мотивы той или иной позиции как палаты в целом, так и отдельных её групп. Кроме того, названные дела содержат в себе пред-

ставлення министров, внесших законопроект (текст законопроекта, обоснование необходимости намеченного преобразования, история вопроса, записки и ходатайства дворянских и буржуазных организаций), материалы, связанные с прохождением законопроекта через Думу (доклад той или иной её комиссии, стенограммы заседаний, думская редакция законопроекта). Благодаря этому имеется возможность проследить ход дела с начала его и до конца - до санкции верховной власти и сравнить точку зрения Госсовета с позицией, в данном вопросе, как правительства, так и Думы.

Использованы нами и стенографические отчеты Госсовета, отражающие важнейшую стадию в прохождении законопроектов через верхнюю палату, где выяснялась расстановка сил в общем собрании и окончательно решалась судьба проекта. Правда, прения в общем собрании бывали, как правило, сглажены, подлинные мотивы несколько приглушены, завуалированы, однако в целом, особенно, если чтению стенограмм предшествует работа с архивными материалами, та или иная точка зрения, позиция той или иной группы вырисовывается достаточно ясно. Стенографические отчеты выявляют и ту особенность прений в общем собрании, что если представители группы центра аргументировали свою точку зрения формально, избегая освещения вопросов с политической стороны, то правые предпочитали обнажить вопрос, поставить его прямо, не скрывая подлинных мотивов. Стенографические отчеты, кроме того, содержат ценные данные для характеристики программных взглядов групп и отдельных членов палаты. В стенограммах имеются данные по выборам в постоянные и особые комиссии, позволяющие составить представление о соотношении веса отдельных групп Совета в его работающем составе в отдельные моменты сессии (ибо особые комиссии формировались по мере поступления законопроектов из Думы) и, таким образом, определить направление и характер изменений в составе верхней палаты.

Дела общего собрания (РГИА. Ф. 1148. Оп. 10) содержат материалы для характеристики личного состава Госсовета (заявления его членов, данные о выборах в верхнюю палату, секретные представления на имя её председателя, переписка последнего); сведения об избрании постоянных и особых комиссий, списки с распределением членов Госсовета по группам и разрядам позволяют проверить и уточнить данные стенографических отчетов о характере перемен в составе Госсовета; имеется дело (1909. Д. 3) о порядке назначения членов Госсовета; дела с мотивами отклонения законопроектов, поступивших из Думы, и пожеланиями, высказанными при этом в Госсовете, интересны для уяснения взаимоотношения палат.

Отдельную группу использованных в исследовании источников состав ляютJЮjcyJIeнтьIJoлaтepиaл^

ненного дворянства. Делопроизводство Государственной канцелярии фиксировало лишь официальную часть законодательной деятельности верхней палаты. Однако известно, что официальным заседаниям подкомиссий, комиссий и общего собрания предшествовала напряженная предварительная работа за кулисами: каждая группа изучала материалы дела, обсуждала предполагаемую меру, определяла свое отношение в виде принятых резолюций или решений, часто обязательных для всех членов групп. Случалось, что председатель прерывал заседание общего собрания, чтобы дать возможность обсудить вопрос в группах. Такая предварительная работа, намного упрощая и ускоряя официальную часть, не находила отражения в официальном делопроизводстве. Однако изучение её необходимо как неотъемлемой составной части законодательной деятельности Госсовета. Поэтому и материалы, отражающие эту часть деятельности второй палаты, составляют хотя и особую, но тесно примыкающую к только что очерченной группу источников. Это -сохранившиеся в фондах членов Госсовета списки членов групп по состоянию на ту или иную дату, постановления групп по тем или иным вопросам,

протоколы заседаний, перечни вопросов, подлежавших обсуждению, повестки заседаний, проекты постановлений и резолюций, различного рода заметки, записки, дневниковые записи. Перечисленное - характерно для группы центра, имевшей хорошо налаженное делопроизводство;8 другие группы (левая, правый центр и кружок внепартийного объединения) ограничивались, видимо, устным обсуждением. Следы такой предварительной работы правых до августа 1915 г. не обнаружены, хотя работа эта, по свидетельству современников и прессы, была весьма напряженной. Можно предположить, что правые таюке обходились устным обсуждением, не прибегая к фиксации на бумаге9 по той простой причине, что все вопросы по существу своему были обсуждены Объединенным дворянством, решения приняты и записаны; правая группа, полностью разделяя идеи Объединенного дворянства, более занималась вопросами тактики. Это обстоятельство сделало необходимым использование материалов, отражающих деятельность Объединенного дворянства.10 Закрытый характер первых съездов позволил уполномоченным быть в прениях совершенно откровенными (да и в последующих съездах публика и представители прессы допускались далеко не на все заседания и только с разрешения председателя съезда). Объединенные дворяне не только обсуждали важнейшие проблемы общественной и государственной жизни, но и принимали вполне определенные решения, которые, затем, проводили в жизнь, используя все доступные им средства. Материалы съездов уполномоченных, Постоянного совета и отдельных, наиболее активных деятелей Объединенного дворянства позволяют выяснить подлинные мотивы того или иного шага правых верхней палаты. Поэтому освещению обсуждения законопроектов в Госсовете мы предпосылаем анализ позиции Объединенного дворянства по рассматриваемому вопросу.

К этой же группе источников следует отнести и программно-уставные документы групп Госсовета: протоколы тех заседаний ЦК кадетской партии,

в ходе которых была определена линия поведения академической группы Госсовета; программа группы центра "Основные воззрения группы центра Государственного совета", утвержденная 9 июня 1906 г. общим собранием группы; материалы неофициального съезда группы центра в октябре 1906 г. и его решения, опубликованные в виде брошюры "Заключения группы центра Государственного совета" (СПб., 1906); черновики протоколов заседаний правой группы в 1915-1916 гг., составленные А. А. Бобринским; и др..

Особую группу источников составляют дела о службе членов Гос. совета, назначенных и выборных 1 и дела по выборам членов Госсовета, а так-

же связаная с выборами официальная переписка. Дела о службе членов

і "?

Госсовета содержат, как правило, формулярные списки. В них имеются интересующие нас сведения о социальном происхождении, имущественном положении, возрасте, вероисповедании, образовании, чине и придворном звании, содержании. Кроме формулярных списков, в делах о службе назначенных членов содержатся списки с указов о назначении в Госсовет и о назначении к присутствию (иногда - списки с указов об увольнении); встречаются списки с рескриптов членам Совета, всеподданнейшие доклады председателя Госсовета и государственного секретаря с резолюциями царя, собственноручные высочайшие повеления о назначении в Госсовет или к присутствию в нём, всеподданнейшие прошения членов Госсовета с резолюциями царя; отложилась здесь и переписка членов Госсовета с председателем по вопросам назначения к присутствию или освобождения от него, продления аренды, увеличения содержания и т.п.; есть прошения членов Госсовета на имя председателя Временного правительства кн. Г. Е. Львова об увольнении и назначении пенсии.

В делах о службе выборных членов Госсовета - данные о выборах, сведения о политических взглядах или партийной принадлежности выборного члена, его имущественном и общественном положении и т.п. ( часто - это

вырезки из газет, иногда - список с визитной карточки, в годы войны - сообщения губернаторов); встречаются ходатайства о ссудах и пособиях (это -уже в условиях войны); письма на имя председателя Госсовета и государственного секретаря; различного рода заявления; выписки из всеподданнейших докладов председателя Совета о необходимости материальной поддержки семьи умершего выборного члена; и др.

Сведения о политическом направлении членов по назначению встретились нам в фонде общего собрания Госсовета, фонде Постоянного совета объединенных дворянских обществ15 и многих личных фондах.16

Дополненные сведениями из материалов Отделения личного состава и общих дел Государственной канцелярии, стенографических отчетов Госсовета, воспоминаний членов Госсовета, литературы справочного характера, периодики тех лет и исследований, данные этой группы источников позволили достаточно полно, на наш взгляд, охарактеризовать состав Госсовета 1906-1917 гг., и обобщены в таблицах 1-14.

Небольшая группа использованных источников - судебно-следственные материалы: опубликованные стенограммы ЧСК Временного правительства,17 содержащие весьма ценные сведения о политической борьбе в рассматриваемый период; а также материалы под названием «Государственные преступления в России в XIX в.» (Т. 1. СПб., 1906), позволившие выяснить народническое прошлое одного из правых членов Госсовета.

Мемуары современников, опубликованные и неопубликованные, -следующая существенная часть источников данного исследования. Это прежде всего воспоминания членов Госсовета, бывших в то же время и крупными государственными деятелями, и видными представителями общественности, и иерархами (П. Л. Барк, СЮ. Витте, В. Н. Коковцов, А. И. Гучков, А. Ф. Кони, Т. И. Буткевич и многие другие).

Значительную группу мемуаристов составляют виднейшие представители камарильи и её ставленники (В. Н. Воейков, П. Г. Курлов, А. А. Мосолов, В. А. Сухомлинов, А. А. Танеева и др.). Они интересны сведениями о событиях и настроениях, имевших место в жизни двора и семьи императора.

Воспоминания правых политических деятелей (Н. Е. Марков, Л. А. Тихомиров и др.) помогают понять психологию правых, их настроения в эти годы, их отношение к монархии и революции, к реформам и реакции, к Думе и правительству. Имеются в них и сведения, прямо относящиеся к деятельности Госсовета.

Любопытными и содержательными оказались для нас и воспоминания либеральных деятелей (В. А. Маклаков, П. Н. Милюков и др.).

Весьма содержательны воспоминания высокоодаренного и честолюбивого С. Е. Крыжановского,18 активно участвовавшего в подготовке реформ 1905-1906 гг, а затем занимавшего должности товарища министра внутренних дел (1906-1911) и государственного секретаря (1911-1917). Воспоминания удачно дополняются его «Очерком о русской государственной жизни от начала XX века до 1912 года»19 и недавно опубликованными заметками.20

Мемуары Дж. Бьюкенена и М. Палеолога интересны сделанными в них наблюдениями, теми слухами, рассказами, отзывами о правых вообще, о правых верхней палаты, об отдельных членах палат и правительства, которые пересказываются весьма осведомленными авторами.

Воспоминания, по качеству и количеству содержащихся в них сведений, не равноценны. В одних, как, например, в воспоминаниях И. X. Озерова слишком много авторских чувств, а резкие характеристики товарищей по академической группе, и уничижающие отзывы о правых и об М. Г. Акимове требуют проверки другими материалами. Иные написаны в более спокойном тоне, их авторы сдержаннее в отзывах и характеристиках, но зато более точны в сообщениях. В оценке воспоминаний помогают отзывы о них современ-

ников, нередко более осведомленных, нежели авторы. Так, о широко известных воспоминаниях бывшего корреспондента «Речи» Л. М. Клячко (Львова), бойко написанных и изобилующих хлесткими характеристиками, А. Ф. Кони - автор, вызывающий куда более доверия, - предупреждает: «Интересна книжка Львова (Клячко)..., но её портят лживые данные и захлёбывание инсинуациями... против мертвых».21 Критического подхода требуют и воспоминания С. Ю. Витте, весьма интересные множеством сообщаемых сведений, но содержащие немало и несправедливых характеристик и суждений.

Дневники - незначительная по объему, но весьма значимая часть использованных нами источников. Это и дневник царя, и великого князя Андрея Владимировича, и крайне правого А. А. Бобринского, и умеренного бюрократа, члена Госсовета А. А. Половцова, и весьма осведомленного и откровенного А. С. Суворина, и Л. А. Тихомирова, и подлинный аккумулятор чувств и настроений правящей элиты, слухов, сплетен и вполне достоверных сведений - дневник А. В. Богданович.

Особо следует отметить неопубликованные дневники С. Д. Шеремете-ва, просмотренные нами за 1905-1917 годы. Представитель древнего рода, получивший блестящее домашнее воспитание, он был очень богат и занимал выдающееся место в культурной, научной и политической жизни российского общества начала XX века. Связи его были разнообразны и обширны, осведомленность - огромной. Шереметев был очень влиятельным при Александре III, считался «поставщиком высших сановников». Оставался таковым и при Николае II, пока князь П. Д. Святополк-Мирский, его родственник и при его содействии получивший пост министра, не скандализировал графа. Манифестом 17 октября 1905 г. Шереметев был «возмущен» и приказал убрать портрет Николая II из своего кабинета. К «новому строю» стал в оппозицию, принял активное участие в сплочении правой группы Госсовета, а с 1909 г. активизировал деятельность своего кружка, членами которого были, глав-

ным образом, правые Госсовета. Его дневник отражает растущее негодование правых по адресу Николая II, содержит характеристики и оценки многих сановников,23 сообщает многое из жизни Госсовета, его правой группы.

Своеобразным дополнением к дневнику являются материалы под названием «Смутное время» - письма, телеграммы, вырезки из газет, собран-

ные С. Д. Шереметевым за 1905-1917 гг.

Следующая группа источников - эпистолярные. Среди опубликованных следует выделить переписку военных лет Николая II и Александры Федоровны: в ней отразились их отношение к Госсовету и к происходившим в нём переменам, их реакция на образование Прогрессивного блока, их раздражение и гнев по адресу большинства верхней палаты после ноябрьской 1916 г. сессии, усиление вмешательства императрицы в назначения в Гос. совет.

Переписка Николая II с П. А. Столыпиным и Н. А. Маклаковым, письма князя В. П. Мещерского А. В. Кривошеину содержат сведения о закулисной стороне жизни Госсовета: о назначении его председателем М. Г. Акимова, о назначениях в Госсовет.

Письма А. Ф. Кони передают впечатления от заседаний верхней палаты и от работы её в целом, много дают для понимания психологии либеральной бюрократии.

Много ценнейших сведений о деятельности Госсовета содержат неопубликованные письма членов Госсовета, хранящиеся в личных фондах.

Здесь выделяется обширная переписка С. Д. Шереметева. В числе его корреспондентов были виднейшие представители правой части политического спектра тогдашней России. Переписка содержит сведения о деятельности правой группы, о соотношении сил в Госсовете, об усилиях правых добиться большинства в нем; и в ней отразились усиливающееся среди правых недовольство по адресу царя и, особенно, императрицы, и тревога, «повышенная

нервность» правых в связи с образованием Прогрессивного блока, с одной стороны, и Распутиным, с другой.

Данные перлюстрированных писем проливают дополнительный свет на мотивы отклонения правыми Госсовета законопроекта о западном земстве, на механику назначений членов верхней палаты, на закулисную деятельность правых.

Периодическая печать, использованная в исследовании, представлена как официальными изданиями, так и либерально-буржуазными, монархическими и революционными. Это предопределено тем, что в условиях острой политической борьбы последнего десятилетия Российской империи роль печати резко возросла: различные общественные силы стали использовать ее и как средство выражения своих интересов, и как орудие борьбы с противниками.

Многие члены верхней палаты, назначенные и выборные, активно участвовали в публичном обсуждении актуальных тогда вопросов. Последние были им хорошо знакомы по их предшествующей деятельности и нередко имели непосредственное отношение к законопроектам, которые обсуждались в это время в Госсовете или в Думе. Поэтому страницы многих газет использовались членами Госсовета для выражения своей позиции и взглядов. Примером могут служить выступления в печати Д. И. Пихно по вопросам, весьма близким к проблеме западного земства. Иногда члены Гос. совета касались непосредственно деятельности законодательных учреждений (В. И. Ге-рье - о Думе, М. М. Ковалевский - о Госсовете).

Вместе с тем деятельность Госсовета представлялась современникам весьма важной, поэтому она подробно освещалась разноликой прессой тех лет, систематически дававшей отчеты о заседаниях комиссий и общего собрания, а иногда и стенограммы наиболее интересных речей. В газетах рассыпаны сведения о переменах в личном составе, о политических группах, их

составе, численности, влиянии в разные моменты изучаемого периода. В наиболее осведомленных из них содержатся сведения о частных совещаниях групп, о противоречиях, имевших место при этом, о тех или иных принятых решениях. В конце сессий, а также в начале каждого года крупнейшие газеты подводили итоги деятельности верхней палаты, соответствующим образом её оценивая. Можно выделить наиболее, пожалуй, осведомленную из них, систематически помещавшую на своих страницах наиболее подробную информацию как об официальной, так и закулисной деятельности второй палаты, -«Новое Время». Она, в отличие от других, регулярно читалась как членами Госсовета, так и в «сферах»; к ней обращались члены верхней палаты, когда надо было дать опровержение каких-либо слухов или что-либо разъяснить.

Естественно, в условиях острой идейно-политической борьбы пресса не всегда бывала объективной и добросовестной, нередко сознательно искажая факты с целью компрометации противников. Значение прессы, однако, не исчерпывается информацией: её изучение много дает для уяснения идеологии и политической программы общественных сил, органом которых является та или иная газета. Так, без «Гражданина» князя В. П. Мещерского ірудно понять правых, как без «Речи» - членов академической группы Госсовета, а без «Голоса Москвы» - входивших в группу центра.

В заключение отметим справочные издания - группу источников как официального, так и неофициального характера. Они содержат разнообразные сведения: биографические; о политической позиции интересующих нас лиц; данные о чинопроизводстве и наградах, содержании; наличии недвижимости; о землевладении и хозяйственной деятельности землевладельца; о домовладельцах; о промышленных и торговых предприятиях, их владельцах; о характере производства, численности рабочих, энергетической мощности, стоимости произведенной продукции; и многом другом.

Таковы источники данного исследования. Взятые в совокупности, они

составляют вполне достаточную его основу.

*

Состав и деятельность реформированного Госсовета, естественно, не успели стать объектом научного изучения в дореволюционной историографии. Однако роль его в борьбе вокруг реформ была слишком значительной, чтобы остаться незамеченной современниками. Пресса и публицистика различных политических направлений одиннадцати предреволюционных лет не только внимательно следили за составом и деятельностью Госсовета, но пытались осмыслить место, роль и значение его в общественно-политической борьбе. Так что публицистика этих лет, имея прежде всего значение источника, составляет и начало истории вопроса. Здесь следует выделить работу члена Госсовета по выборам от академической курии М. М. Ковалевского.28 Непосредственное участие в работе общего собрания и комиссий, знание закулисной кухни позволили профессиональному историку поставить и верно решить ряд вопросов. Им дана подтвердившаяся позднейшими исследованиями характеристика группы центра как правительственной во время премьерства П. А. Столыпина и В. Н. Коковцова, верно очерчен политический облик правых, отмечена их связь с Объединенным дворянством, справедлив вывод о предопределенности консервативного состава Госсовета.

Некоторое отношение к истории вопроса имеет и сборник статей М. М. Ковалевского, ранее печатавшихся в «Вестнике Европы», об Объединенном дворянстве.29 Автор показывает, как «растерявшее свои земли дворянство», стремясь сохранить свое первенствующее положение в государстве, навязывает правительству свою экономическую и политическую программу, вызы-Еая в государственной жизни попятное течение, тормозя «развитие гражданственности и культуры». Госсовет, где «уполномоченные от дворянства только усиливают своими рядами бюрократическую половину высокого соб-

рания, сплошь составленную из дворян, частью наследственных, частью выслужившихся», превращается в орудие реакции.

Статья профессора Н. И. Палиенко в Новом энциклопедическом словаре,30 в части, касающейся реформированного Госсовета, пересказывает некоторые статьи Учреждения Государственного Совета и характеризует практику опубликования списков назначенных к присутствию членов первого января каждого года как «весьма сомнительную в отношении соответствия её смыслу закона» и устраняющую «независимость членов верхней палаты».

В. А. Мякотин определял Госсовет как «противовес и тормоз для Государственной думы» и сводил его роль, как и Государственной думы, к «декоративному прикрытию действительного характера современного русского государственного строя».31

Объектом научного исследования реформированный Госсовет стал в советской историографии.

Во второй половине 40-х годов на Госсовет обратил внимание Е. Д. Черменский, отметив его роль в «крахе столыпинщины», а также отклонение им законопроекта о введении городского самоуправления в Царстве Польском и его «обструкционистскую тактику» по отношению к думским законопроектам.32

В учебном пособии по истории СССР периода империализма, рассматривая эволюцию государственного строя России, Е. Д. Черменский кратко охарактеризовал и реформу Госсовета в 1906 г. По его мнению, Госсовет "сохранил свой аристократически-чиновничий характер, ...должен был играть роль тормоза, ...сделался твердыней феодальной реакции", стал "оплотом крепостников" и "настоящим кладбищем думских законопроектов, в которых ему чудилась «новизна»". Отмечена была и роль правой группы Госсовета в кампании правых против Столыпина. Во втором издании посо-

бия появились упоминания об участии трех групп Гос. совета в Прогрессивном блоке и о «чистке» Госсовета 1 января 1917 г.34

В вышедшей в 1970 г. вторым изданием книге «Буржуазия и царизм в первой русской революции» Е. Д. Черменский коснулся реформы Госсовета более подробно. Вопрос о ней, по мнению автора, был возбужден С. Ю. Витте на совещаниях у Д. М. Сольского в сентябре 1905 г. Затем в книге кратко излагается содержание записки С. Е. Крыжановского от 9 октября 1905 г., отмечается её обсуждение 11 октября в Особом совещании под председательством Сольского, кратко характеризуется проект, составленный Государственной канцелярией по суждениям этого заседания; сообщается об образовании 28 октября 1905 г. под председательством Сольского Особого совещания для разработки необходимых изменений в действующем учреждении Госсовета, о заключениях этого совещания, о царскосельском совещании под председательством царя 14 и 16 февраля 1906 г.; в заключение кратко проанализированы акты 20 февраля 1906 г. Оценка автора не изменилась: "В общем Государственный совет сохранил свой аристократически-чиновничий характер. Он призван был играть роль фильтра, не пропускавшего законопроекты, которые проходили через Думу, но были неприемлемы для царизма. «Обновленный» Государственный совет сделался твердыней феодальной реакции".35

В третьем издании учебного пособия Е. Д. Черменского прибавилось упоминание о реакции Госсовета на указ 9 ноября 1906 г.

Создается впечатление, что Е. Д. Черменский не придавал большого значения роли Госсовета в истории третьеиюньской монархии. Объясняется это, по-видимому, тем, что он отрицал объективную возможность реформ в третьеиюньский период. Ещё в докторской диссертации, отмечая, что "дво рянство цепко держалось за свои привилегии и не желало «потесниться» в пользу буржуазии", что "оправившись от «революционного испуга» 1905-

1906 годов, крепостнические зубры сами переходят в наступление", Е. Д. Черменский вместе с тем утверждал, что "октябристско-кадетские реформы"

З

были обречены на провал "в силу глубины русской революции". Это проти-воречие взглядов Е. Д. Черменского, отмеченное А. Я. Аврехом, сохранялось долго.39 Постепенно, однако, акцент смещался с нежелания дворян «тесниться» на «глубину объективных противоречий», концепция преодолела указанное противоречие и, при всей внешней заостренности против точки зрения А. Я. Авреха, оказалась, на наш взгляд, по сути свой весьма ей близкой: "Буржуазные реформы, на которые вынуждено было пойти под натиском революции царское правительство, вместо смягчения классовых противоречий открывали новые возможности для расширения и углубления революционного процесса". В этих условиях либералы, не видя реформистских возможностей, "симулировали" оппозиционную борьбу, "притворно" обвиняя правительство в невыполнении обещаний манифеста 17 октября; правящие «сферы», убедившись в непримиримости интересов помещиков и крестьян, "противодействовали" реформам. Всем им - и либералам, и «сферам» - оставалось одно: "поддерживать конституционную фикцию". Возвращение к дореволюционным порядкам также считалось невозможным "из-за опасения, что такой шаг может привести к революции". Вот они и "бились в порочном ісругу неразрешимых противоречий и, взаимно порой отталкиваясь, не могли обходиться друг без друга".40

То же и у А. Я. Авреха: "Весь смысл «текущего момента» в том и состоял, что выхода не было".41 "Страх перед новой революцией определял всё развитие третьеиюньской системы в предвоенные годы. В результате общий смысл этого развития сводился к кризису «верхов» и банкротству российского помещичье-буржуазного либерализма. Третьеиюньская система создала дня её партнеров ситуацию замкнутого круга. Порочность его состояла в том,

что участники, понимая её безнадежность вместе с тем не могли от неё отре-

и 42

шиться .

Не случайно, по-видимому, А. Я. Аврех лишь коснулся Госсовета43 Бегло, на полутора страницах автор рассматривает партийный состав Гос. совета по состоянию на 12 ноября 1908 г., кратко характеризует три его группы

- левую, центр и правую, допуская при этом фактические неточности.44 Е. Д.
Черменскии же, как видно из вышесказанного, ограничился констатацией, по
существу, лишь факта реформы Госсовета и его присутствия в третьеиюнь-
ский период. Их объяснение неизбежности новой революции делало излиш
ним изучение состава и деятельности Госсовета и его роли в общественно-
политической борьбе в третьеиюньский период. С их точки зрения, наука не
нуждалась в этой теме. Более того, эволюция взглядов Е. Д. Черменского
позволяет предположить и понимание «опасности» этой темы: разработка её
неизбежно подрывала бы убедительность его тезиса о фатальной, по сути,
предопределенности новой революции.

Первой монографией по истории реформированного Госсовета было исследование А. Д. Степанского.46 На основе широкого круга разнообразных источников автор подробно рассмотрел подготовку реформы 1906 г., ее содержание, первые выборы в Госсовет, формирование в нем политических групп, взаимоотношения Госсовета с I и II Думами, законодательную деятельность первых двух сессий преобразованного Госсовета. Многие наблюдения и выводы А. Д. Степанского представляются нам интересными и хорошо обоснованными. "По мысли создателей 20 февраля, - замечает автор,

- Государственный совет должен был служить не только противовесом Го
сударственной думе, но и играть роль своеобразного центра наиболее реак
ционных сил страны". Наметившиеся в ходе прений по проекту адреса царю
гри политические группировки - правые, центр и левая - представляли, спра
ведливо заключает А. Д. Степанский, "основные течения контрреволюцией-

ного лагеря: черносотенное, октябристское и кадетское", а внутреннюю историю реформированного Совета определили взаимоотношения правых и центра, совпадавшие с отношениями внутри правооктябристского большинства III Думы. Вместе с тем, некоторые положения А. Д. Степанского вызывают возражения. Так, трудно разделить интерпретацию реформы Госсовета 1906 г. как «уступки»; необоснованным представляется и утверждение, будто между центром и правой группой "в общем существовало единство в вопросах аграрной политики".

В. С. Дякин в монографии 1967 г., детально исследуя взаимоотношения самодержавия и буржуазии в годы мировой войны, отметил участие двух групп Госсовета, академической и центра, в образовании Прогрессивного блока и кратко охарактеризовал результаты выборов в Госсовет в сентябре-октябре 1915 г.; упомянул он и наиболее яркие проявления участия членов Госсовета в общественно-политической борьбе военных лет: присутствие группы правых членов на монархическом съезде в Петрограде 21-23 ноября 1915 г.; колебания в среде назначенных членов группы центра, вызванные атакой на них правых; активизацию правых Госсовета в ноябре

  1. г.; заседания Госсовета 22-26 ноября 1916.; "чистку" Госсовета 1 января 1917 г.; телеграмму выборных членов Госсовета Николаю II 28 февраля

  2. г.

В конце 60-х гг. деятельность Госсовета привлекла внимание П. Н. Зырянова. Справедливо, на наш взгляд, полагая, что политическая ситуация "не только не закрывала для третьеиюньской монархии всех путей для поиска выхода из кризиса, но, наоборот, требовала от царизма максимума мобильности, гибкости и дальновидности, чтобы приспособиться к новым условиям и продлить своё существование", П. Н. Зырянов обращается к конкретной истории двух столыпинских реформ - местного суда и волостного управления -и обнаруживает, что на пути политических преобразований, задуманных

Столыпиным, встала "дворянско-помещичья реакция в лице столпов Государственного совета и послестолыпинского правительства", не желавшая поступиться своими привилегиями и стремившаяся сохранить своё господствующее положение во что бы то ни стало.

Большое значение для разработки истории реформированного Госсовета имели исследования В. С. Дякина 70-х гг.49 Интересно и убедительно прокомментировав большой фактический материал, он солидаризировался с ранее сформулированным выводом П. Н. Зырянова: против столыпинских реформ политического строя выступило Объединенное дворянство, не желавшее "поступаться ни йотой своих политических привилегий и своего влияния на правительственный аппарат". Из этого следовала необходимость изучения, и В. С. Дякин на это указывал, противоречий внутри самодержавно-крепостнического лагеря, в т. ч. состава и деятельности Госсовета, его места и роли в борьбе вокруг этих реформ.

Важной вехой в истории вопроса стала коллективная монография «Кризис самодержавия в России. 1895-1917» (Л.,1984). Отдельная глава этого фундаментального исследования посвящена реформе Госсовета (Часть первая. Глава 5. Автор Р. Ш. Ганелин). Акты 20 февраля 1906 г. рассматриваются здесь на фоне глубоко проанализированного и детально охарактеризованного кризиса самодержавия как одно из его проявлений и в тесной взаимосвязи с другими. Исследуя материалы комиссии Д. М. Сольского и Царскосельского совещания в феврале 1906 г. и опираясь на некоторые результаты исследования А. Д. Степанского, автор убедительно показал антидумский характер реформы Госсовета, охарактеризовал борьбу между буржуазией и помещиками "за представительство и влияние в Государственном совете",50 разногласия в процессе подготовки реформы по вопросу о соотношении прав Думы и Госсовета. Убедительно обоснована мысль о том, что акты 20 февраля 1906 г. означали "некоторый шаг назад от манифеста 17 октября".

В главах, принадлежащих перу В. С. Дякина, отмечена роль правых Госсовета в борьбе по вопросам внутренней политики в 1907-1909 гг., о Морском генеральном штабе, о намеченных Столыпиным реформах; их роль в министерском кризисе 1911 г., в ликвидации "осколков столыпинской программы" и ликвидации реформистских возможностей к концу предвоенного периода (Часть третья. Главы 5, 6 и 7). Представляется важным хорошо обоснованный вывод о том, что "особенности соотношения классовых и партийных сил в нижней и верхней палатах российского «парламента» вели к тому, что борьба буржуазного и самодержавно-крепостнического лагеря принимала внешне форму конфликта Думы и Государственного совета" (С. 487). В Части четвертой, написанной также В. С. Дякиным, отмечается участие либерально-монархического крыла Госсовета в создании и деятельности Прогрессивного блока, активизация лидеров правой группы Госсовета осенью 1916 г. и инициированная ими «чистка» назначенной части 1 января 1917 г.

Госсовету 1914 -1917 гг. посвящена диссертация Е. Э. Новиковой.51 Автор полагает, что акты 20 февраля и 23 апреля 1906 г. лишали Госсовет "действительной законодательной силы"; поэтому его роль сводилась к тому, что он "способствовал сохранению всей полноты власти самодержавия и одновременно поддерживал у части буржуазии лжеконституционные иллюзии". Объективные противоречия, послужившие причинами Февральской революции, оказались, по мнению исследовательницы, "настолько сильными, что все старания и меры «верхов», направленные на предотвращение взрыва, на деле только приближали его". Реформистские возможности уже накануне войны исключались, утверждает диссертантка, "наличием в России революционной ситуации". Госсовет, став "орудием воинствующей крепостнической реакции" и отказываясь идти "на какие-либо реформы", углублял кризис самодержавия. Через призму этих положений и рассматриваются в диссерта-

ции перемены в составе и структуре Госсовета и его деятельность в годы войны.

Некоторые положения диссертации представляются мало обоснованными, вызывают сомнения, а то и возражения. Так, о «чистке» Госсовета 1 января 1917 г. Е. Э. Новикова пишет: "18 назначенных «нестойких» членов были переведены в неприсутствующие, а назначены были махровые реак-пионеры во главе с Г. Г. Чаплинским и С. А. Куколь-Яснопольским". Из 18-ти вычеркнутых только 11 были «нестойкими», т. е. сторонниками Прогрессивного блока, а 7 были вполне «стойкими», так как были правыми; Чаплинский и Куколь-Яснопольский не могли быть во главе 18-ти назначенных на образовавшиеся вакантные места: первый был назначен 13-го, а второй - 31 января 1917 г. Встречаются ошибки в определении групповой принадлежности членов Госсовета, в оценке итогов выборов, в датах и др.. Автор утверждает, что "дробление правых на правую группу и группу правого центра ... можно рассматривать и как начало размывания правого крыла".53 Такого не могло быть: правый центр был в составе группы центра.

Ценным представляется фактический материал (по составу Госсовета, численности групп, их соотношению, сведения о землевладении членов Госсовета и др.), извлеченный из архивов и помещенный в Приложении. К сожалению, уровень обобщения и систематизации представляется недостаточным. Так, «Таблица № 5 численности политических групп Государственного совета в 1914-1917 гг» представляет собою просто переписанные «Списки членов Государственного совета по группам и разрядам»,54 которые составлялись в Государственной канцелярии. Имеют место и фактические ошибки: в «Таблице № 2 земельных владений членов Государственного совета в 1915-1916 гг.» утверждается, что землевладельцы Л. В. Барсов (назначенный), П. Ф. Йорданов (от торговли), М. И. Миклашевский (от Екатерино-

славского земства и затем от дворянства) и А. Д. Шумахер (от Рязанского земства) не имели земли.55

Из публикаций последнего времени нам известна статья И. В. Мальцевой, изобилующая фактическими ошибками.

Из работ зарубежных авторов непосредственное отношение к теме имеет статья A. S. Corros "Поместное дворянство, Государственный совет и

П. А. Столыпин (1907 - 1911)". Привлекая достаточно широкий круг преимущественно опубликованных источников и опираясь на выводы российских ( А. Я. Аврех, А. П. Корелин) и зарубежных (R. Т. Manning, G. А. Hosking) историков, автор освещает сопротивление поместного дворянства реформаторским попыткам Столыпина и приходит к выводу, что "поместное дворянство сыграло важную роль в политической смерти Столыпина". Поместные дворяне быстро разглядели антисословную направленность реформы местного управления и выступили против нее в Совете по делам местного хозяйства при МВД, на IV съезде Объединенного дворянства, в Госсовете. В последнем, в результате его реформы в 1906 г., поместные дворяне оказались хорошо представленными и, хотя они не сформировали в нем единой группы, "у них был общий характер политического поведения". В статье кратко характеризуются основные группы Госсовета. Справедливо отмечается, что группа центра оказалась слабой опорой Столыпина, и это побуждало его искать новых союзников среди националистов верхней палаты. Освещается борьба в Госсовете вокруг законопроектов о Морском генштабе и о западном земстве. Кратко характеризуются отдельные члены второй палаты.

Dominic Lieven задался целью "понять, какой тип людей управлял Россией в последние годы империи". Для этого он подверг исследованию "императорскую правящую элиту" с момента ее зарождения; его интересовали также отношения между монархией, дворянством и бюрократией; попытался он выяснить и причины отречения элиты в 1917 г.. Однако главное, как

предупреждает сам автор, - это изучение тех 215 сановников, которых Николай II назначил в Госсовет в период с 1894 по 1914 гг.. В них автор видит "правящую элиту поздней императорской России": здесь почти все министры и высшие правительственные чиновники царствования Николая II, выдающиеся судьи, военные, губернаторы, "консервативные академики", представители аристократии и поместного дворянства.

Попытка создать "коллективную биографию" не исключила ряд развернутых биографических очерков, посвященных выдающимся представителям назначенной части реформированного Госсовета - П. Н. Дурново, А. Н. Куломзину, Александру Д. и Алексею Д. Оболенским.

Госсовет как учреждение и как вторая палата, говорит автор, его "мало волнует". Тем не менее, характеризуя назначенную половину его в целом и отдельных ее представителей, он существенно углубляет и расширяет, а главное - конкретизирует наши представления о реформированном Гос. совете, его деятельности и роли.

Таким образом, при всем внимании историков к внутриполитическому развитию России после революции 1905-1907 гг., в истории Госсовета основательно исследованы его реформа, политический состав и деятельность в первые две сессии. Что касается последующей его истории, то приходится констатировать: далеко не все исследовано в пореформенной истории Гос. совета, не совсем выясненной представляется его роль в событиях последнего десятилетия Российской империи, а его состав вообще не был предметом анализа. В исследованиях, посвященных близким сюжетам, и в обобщающих трудах по истории России начала XX века отмечаются отдельные факты из истории реформированного Госсовета. Нередко в них приходится отмечать мало обоснованные суждения, фактические неточности, а то и несуразно-

На разработке темы отрицательно сказалось, на наш взгляд, широко распространенное в свое время и до сих пор до конца не преодоленное в нашей историографии умозрительное представление о том, что «верхи» хотели реформ, но не могли их дать: лежащая в основе его мысль о сохранении в стране после 1907 г. революционной ситуации обходит и более того - делает ненужным изучение огромного фактического материала, связанного с разработкой столыпинских законопроектов по реформированию политического строя и с борьбой вокруг них внутри третьеиюньского блока; не был интересен и Госсовет со всем тем, что происходило в его стенах. К его истории обращались в связи с изучением «второго шага по пути превращения самодержавия в буржуазную монархию» или кризиса «верхов» накануне Фенвраль-ской революции. Как элемент третьеиюньской политической системы Госсовет не был предметом специального исследования. Значение указанных выше исследований B.C. Дякина и П. Н. Зырянова для разработки истории Госсовета в том, на наш взгляд, и состоит, что они, доказав, что «верхи» не хотели реформ, высветили всю важность невостребованного до того материала для выяснения того, кто и почему провалил реформы.

Подобные работы
Дёмин Вадим Александрович
Государственный совет Российской империи : состав, полномочия, структура, механизм функционирования : 1906 - 1917 гг.
Дегтярев Александр Петрович
Деятельность Государственного совета России в области бюджетного финансирования и правового обеспечения строительства Вооруженных Сил
Алиева Людмила Владимировна
Крестьянская поземельная община Северо-Запада России (1906-1930-е гг.)
Рохас Пардо Мануэль Умберто
Социальная программа партии "Союз 17 октября" и ее реализация в Государственной Думе России, 1906-1914 гг.
Авдеев Виктор Евгеньевич
А.П. Извольский - глава внешнеполитического ведомства России : 1906-1910 гг.
Афаунов Артур Ауесович
Национальная политика России и проблемы межнациональных отношений на Северном Кавказе: исторический опыт (1906-1921 гг.)
Голубев Сергей Александрович
Российские предприниматели в Государственной думе (1906 - 1917 гг.)
Баах Сергей Владимирович
Немецкий вопрос в Государственной Думе, 1906 - 1917 гг.
Убушаев, Евгений Николаевич
Советско-партийный аппарат Калмыкии: становление и развитие руководящего состава : 1917 - 30-е гг. XX в.
Гагкуев Руслан Григорьевич
Белые армии Юга России: особенности источников комплектования и социального состава. 1917-1920 гг. (На материалах первого армейского корпуса)

© Научная электронная библиотека «Веда», 2003-2013.
info@lib.ua-ru.net