|
Актуальность темы исследования. Современная политическая наука богата исследованиями, связанными с категориями «гражданское общество», «гражданская культура». Они в большинстве своем проводятся в рамках позитивизма и рефлексируют социально-политическую реальность, априорно располагая комплексом норм и ценностей — признаков гражданственности общества и культуры, характерных для него. Компаративистская традиция исследования «уровней» развитости гражданственности политических систем, начало которой положили Г. Алмонд и С. Верба, превалирует и в современной политологической литературе.
Но, несмотря на то, что «гражданские» категории (гражданское общество, гражданская культура, гражданское самосознание, гражданин и т.д. и т.п.) стали обыденными в политической науке, их проблемное поле все еще характеризуется определенной методологической гетерогенностью.
Речь идет о неоднозначном понимании сущности гражданственности: одни исследователи вкладывают в нее исключительно политический смысл, другие — социальный. Такое положение негативно сказывается на методологической базе исследований дифференциации признаков гражданского и традиционного общества. В этом смысле особую актуальность приобретает систематизация теории и уточнение сущности ряда «гражданских» категорий, в котором гражданственность является основополагающей, центральной категорией.
Новейшая политическая история России остро ставит вопрос о необходимости раскрытия и осмысления специфики российской традиции понимания гражданственности. В этой связи актуальным становится сравнительное исследование генеалогии категории гражданственности в ее западном и российском вариантах. Это обстоятельство особенно очевидно в связи с тем, что современная российская политическая наука совершает настойчивые попытки формирования собственной идентичности, основанной на учете как общенаучных достижений, так и традиций дореволюционной политической философии.
Потребность политической науки в дальнейшем развитии теории гражданственности делает необходимым анализ и уточнение понятий «гражданское самосознание» и «гражданское участие».
Социально-политическая (практическая) потребность в такого рода исследованиях связана с современным состоянием российского общества, в котором до сих пор сохраняются черты и традиционности, и гражданственности.
Декларирование (на научном и публицистическом уровне) построения гражданского общества и правового государства, признаки которых универсальны для всего модернизированного политического пространства, не дает ответов на вопросы, связанные с индивидуальным ощущением гражданственности, с гражданским поведением. Традиционное (идеологическое) и монотонное сознание советского человека сменило идеологически-плюралистическое, свободное сознание постсоветского человека. Где же мера между гражданской свободой и гражданской ответственностью? В чем проявляется гражданское участие человека: в его обязанностях гражданина государства или в его свободных действиях в обществе (которое станет гражданским)?
Акцентирование внимания на «гражданском участии человека» вызвано потребностью социально-политической реальности в рефлексии дея-тельностного аспекта. Российское общество нуждается в развитии самоуправляемости, самостоятельной индивидуальной гражданской активности.
Все эти актуальные вопросы гражданственности современного российского человека, российской социально-политической действительности детерминируют необходимость разработки методологии, что может по служить основой для дальнейших теоретических и эмпирических исследований гражданственности и гражданского участия.
Объектом исследования является система гражданских категорий в истории и теории политической науки.
Предметом исследования является методологический анализ гражданственности в целом и определение места гражданского участия в структуре гражданской культуры как категории политической науки.
Степень научной разработанности. Как известно, категорию гражданской культуры (наиболее адекватную нашему времени) ввели в научный оборот Г.Алмонд и С.Верба, обозначив ею смешанный демократический тип политической культуры. «Гражданская культура» оказалась одной из исходных категорий для эмпирических исследований демократических политических систем. Следуя традиции позитивизма исследований, Р. Инглхарт включает в характеристику «гражданской культуры» постматериальные ценности: удовлетворенность жизнью, склонность доверять другим. В этом же ракурсе проведено компаративистское исследование гражданской культуры российскими учеными В. Руковишниковым и Л. Халман. К. Зонтхаймер исследует политическую культуру Германии.
Другого, социоцентричного понимания гражданской культуры придерживается Р.Дарендорф. Эта традиция продолжается многими российскими учеными. В. Доманов, Н. Кейзеров, А. Кочетков, В. Рябов, прорабатывают социальную подоснову гражданской культуры, заключающуюся, с их точки зрения, в противопоставлении гражданской (неполитической) и политической культуры.
Анализ современных (зарубежных и отечественных) исследований другой категории политической науки — «гражданского общества» также показывают ее гетерогенность. Есть исследования антропоцентричные (К. Гаджиев, А. Гайда). Но наиболее распространены публикации, авторы которых придерживаются социоцентричного или политикоцентричного под хода к «гражданскому обществу» (А. Володин, 3. Голенкова, Р. Дарен-дорф, М. Ильин, Б. Коваль, М. Кузьмин, И. Левин, А. Орлов, С. Перегудов, Ю.Резник, А. Соловьев, И. Шапиро и др.).
Особую значимость для настоящего исследования имеет его изначальная методологическая ориентированность (рамки понимания), которая обосновывается в ходе всей работы. На ее формирование большое влияние оказали: концепция «общности и общества» Ф. Тенниса, концепция «открытого общества» К. Поппера, «гражданин мира» А. Турэна, «антиреволюционные революции» Р. Саквы, «идеальные типы» М. Вебера. Тем самым изначально определяется либеральная ангажированность гражданственности и применяется культуркритический подход (отрицание общего в пользу уникального). В теоретических и эмпирических исследованиях российского общества дихотомического подхода (противопоставлений: традиция/модерн, закрытое общество/открытое общество, коллективизм/индивидуализм и т.д.) придерживаются: А. Ахиезер, Г. Дилигенский, С. Кара-Мурза, М. Кузьмин, С. Матвеева, В. Федотова.
Отталкиваясь от описанных выше методологических оснований, мы осуществили анализ теоретических предпосылок категории гражданственности в истории политической мысли. В этом смысле можно говорить о существовании определенных парадигм понимания гражданского состояния в том или ином пространственно-временном континууме. При этом каждая парадигма определяется субъект-объектными взаимоотношениями трех основных элементов гражданственности: государства, общества, человека. В ходе реконструирования парадигмальных трансформаций были привлечены «гражданские» интенции следующих мыслителей: Аристотеля, Платона, Цицерона, Г. Гоббса, Ж.-Ж.Руссо, Дж. Локка, К. Маркса, И. Канта, Гегеля, М. Вебера, П. Риккера. В ходе систематизации отечественных парадигм гражданственности нами использованы идеи и концепции М. Грека, С. Десницкого, Н. Новикова, 3. Оттенского, И. Посошкова, Ф. Прокоповича, А. Радищева, В. Татищева; Н. Бердяева, А. Герцена, К. Кавелина, Н. Карамзина, В. Ключевского, Н. Муравьева, П. Новгородцева, П. Пестеля, Л. Петражицкого, А. Пушкина, А. Чаадаева, Н. Чернышевского, К. Чичерина. На формирование наших представлений собственно российской трактовки гражданственности повлияли негражданские концепции славянофильства (И. Киреевского, А. Хомякова) и евразийства (Л. Корса-вин, Н. Трубецкой, Г. Флоровский).
Для нас оказались принципиально важными достижения гуманитарных наук: философская концепция неодновременности (Э. Блох, С. Вершинин), культурологические концепции (А. Тойнби, И. Хейзинга, О. Шпенглер), проблемы русской духовности (Л.А. Шумихина), некоторые положения герменевтики (Х.-Г. Гадамер) и феноменологии (Э. Гуссерль), структурная антропология К. Леви-Стросса, философия науки Т. Куна. Особую значимость для уточнения теории гражданской культуры имела концепция «гражданского сообщества», разработанная И.М. Моделем и Б.С. Модель.
Одним из структурообразующих элементов гражданской культуры можно считать «гражданское самосознание». На возможность конструирования императивов гражданского самосознания повлияли концепции власти, государства П. Бурдье; психологические исследования Л. Выготского, Л. Гозмана, Е. Шестопал; некоторые трактовки сознания, «духовного» К. Любутина, М. Мамардашвили; понятие «профессиональной культуры» И. Моде ля, правовые концепции В. Нерсесянца; некоторые трактовки Э. Фромма, М. Фуко; психология К. Юнга.
В обосновании категории «гражданского участия» свою роль сыграли гуманистическая психология А. Маслоу, идеальные типы М. Вебера, концепции П. Сорокина, «структура социального действия» Т. Парсонса.
Непосредственное оперирование понятием «гражданское участие» можно усмотреть у .Дарендорфа и X. Росалес.
Итак, анализ литературы дает основание утверждать, что гражданские категории методологически размыты, полипарадигмальны, недостаточно проработаны категории, связанные с гражданственностью человека. Это проблемное поле и предопределило содержание и характер работы.
Цели и задачи исследования. Основная цель настоящего диссертационного исследования — теоретическая разработка и анализ понятия «гражданское участие человека», его категориальное определение в структуре теоретико-методологического обоснования «гражданственности». В ходе достижения этой цели автор ставит перед собой следующие исследовательские задачи:
• исследование генезиса гражданственности (государства, общества, человека);
• определение и обоснование методологических границ понятия «гражданственность»;
• раскрытие сущности собственно российской традиции в понимании «гражданственности» в сравнении с общезападной;
• определение сущности «гражданского самосознания личности», условий и факторов его развития;
• исследование феномена «гражданского участия» как дея-тельностного аспекта гражданской культуры человека. Методологические и теоретические основания исследования. Для формирования методологии настоящего исследования большое значение имели методы, связанные с направлением «критики культуры» (М. Вебер, К. Юнг, Ф. Теннис). Такой подход дает возможность раскрыть уникальность феномена гражданственности, дискретности его развития.
Анализ различных парадигм гражданственности — умозрительных моделей гражданского состояния производился в русле концепции идеальных типов М. Вебера.
Для выявления генеалогии гражданственности использовался истори-ко-сравнительный метод. Применялась структурно-функциональная методология для раскрытия ключевых элементов структуры гражданственности и традиционности, их субъект-объекного взаимопроникновения.
Теоретическими источниками исследования стали изыскания «гражданских» категорий античных мыслителей, отдельных зарубежных и отечественных политических философов (начиная с Нового времени), современных политологов; междисциплинарные работы и подходы таких зарубежных и отечественных ученых, как П. Бурдье, М. Вебер, А. Гайда, К.Любутин, И. Модель, Б. Модель, В. Нерсесянц, Г. Парсонс, П. Риккер, П.Сорокин, К. Юнг и др.
Апробация диссертационной работы. Результаты настоящего исследования излагались автором на Втором Всероссийском философском конгрессе (на заседании секций) (1999); на III Межрегиональной научной конференции «Проблемы общественного развития в зеркале социологии и экономики (2000)»; на Всероссийской конференции «Интеллигенция и проблемы формирования гражданского общества в России» (2000), а также отражены в научных публикациях автора.
Материалы диссертационного исследования используются автором в лекционных курсах по политологии для студентов екатеринбургского филиала МГОПУ.
| 
Вы находитесь:
