Электронная библиотека Веда
Цели библиотеки
Скачать бесплатно
Доставка литературы
Доставка диссертаций
Размещение литературы
Контактные данные
Я ищу:
Библиотечный каталог российских и украинских диссертаций

Вы находитесь:
Диссертационные работы России
Политические науки
Политические институты, этнополитическая конфликтология, национальные и политические процессы и технологии

Диссертационная работа:

Суворин Эдуард Витальевич. Коррупция в постсоциалистических странах: сущность, особенности, стратегии противодействия : политологический анализ : диссертация ... кандидата политических наук : 23.00.02 / Суворин Эдуард Витальевич; [Место защиты: Рос. акад. гос. службы при Президенте РФ]. - Москва, 2008. - 262 с. РГБ ОД, 61:08-23/81

смотреть содержание
смотреть введение
Содержание к работе:

Введение С.З

Глава I. Теоретико-методологические основы изучения коррупции

1. Коррупция: истоки, сущность,

исследовательские подходы С.20

2. Политологические ракурсы изучения

коррупции С.44

Глава II. Коррупция и антикоррупционные стратегии в постсоциалистических странах

1. Особенности и факторы коррупции

в постсоциалистических странах С.66

2. Коррупция и демократизация:

проблемы взаимосвязи С.92

3. Зарубежный опыт ограничения коррупции:

стратегии и методы С. 118

Глава III. Антикоррупционная стратегия России:

перспективы формирования и реализации

1. Разработка антикоррупционной стратегии

властными институтами РФ С.145

2. Потенциал бизнеса и общественных организаций
в формировании и реализации
антикоррупционной стратегии России С.177

Заключение С.212

Список использованной литературы С.216

Приложения C.I-XXI

Введение к работе:

Актуальность темы исследования. По мнению, разделяемому представителями научного сообщества, коррупция была и остается одной из глобальных проблем, стоящих перед современными государствами. Хотя коррупция известна давно, ее роль как социально-экономического и политического явления осознается в полной мере лишь в последние три-четыре десятилетия. Заметным подъемом интереса к проблеме коррупции отмечен рубеж XX-XXI вв. Подсчитано, что если в начале 1990-х гг. слово «коррупция» встречалось на страницах влиятельных экономических и политических изданий Европы в среднем около 500 раз за год, то через десять лет этот показатель поднялся более чем в 6 раз. Эта тенденция сохраняется и в настоящее время.

Значимым фактором усиления общественного внимания к коррупции стало проведение глубоких реформ на постсоциалистическом пространстве и осознание необходимости ограничения такого негативного последствия реформ, которым является коррупция. Согласно Индексу восприятия коррупции Трансперенси Интернешнл (ТИ) в кластер наименее коррумпированных стран не входит ни одна из постсоциалистических стран. В кластер стран со средним уровнем коррупции «прорвалась» только Словения. Наша страна, как и подавляющее большинство постсоветских республик, имеет очень серьезные проблемы с коррупцией, уровень которой сопоставим с бюджетом государства и оценивается Генпрокуратурой РФ в 240 млрд долл. ежегодно. По индексу восприятия коррупции ТИ за 2007 г. РФ занимает 143-е место среди 180 обследованных стран мира. При этом за последние три года ситуация ухудшилась: в 2007 г. индекс восприятия коррупции для РФ составил 2,3 балла, что хуже показателей 2006 и 2005 гг. Данные опроса ВЦИОМ (ноябрь 2006 г.) также показывают, что 78% опрошенных россиян считают коррупцию в обществе в целом высокой и очень высокой.

Обеспокоенность создавшимся положением выражают властные структуры страны. Велик накал антикоррупционной риторики. Однако коррупция не лечится декларативными мерами. В Российской Федерации до сих пор не принят закон о борьбе с коррупцией. Показательные аресты отдельных губернаторов, мэров, высокопоставленных чиновников и «оборотней в погонах» дела не решают. Реальная борьба с коррупцией требует тщательно разработанной государственной политики, основанной на сознательном выборе той или иной стратегии. Для того чтобы не ошибиться с выбором, необходимо глубоко и всесторонне осмыслить феномен коррупции как таковой, выявить особенности коррупции, охватившей постсоциалистические страны, в том числе и Россию, понять особую специфику коррупционных отношений в нашей стране. Важно знать, как проявили себя на практике различные варианты антикоррупционных стратегий, какую роль в противодействии коррупции должно играть государство, а какую - структуры гражданского общества. Решение этой актуальной проблемы представляет большой практический и теоретический интерес.

Степень научной разработанности проблемы. Общепринятым считается выделение правового, социологического, государственно-управленческого, экономического и политологического подходов к анализу коррупции.

Сутью правового подхода к проблеме коррупции является ее трактовка как «порчи», «повреждения» нормального функционирования государственного аппарата, процесса управления делами общества посредством корыстного использования в личных или узкогрупповых, корпоративных интересах официальных служебных полномочий, связанных с ними авторитета и возможностей.

Коррупция в ее социологическом преломлении – социальная болезнь. Как указывает А. Чуклинов, ценность социологического подхода к анализу коррупции состоит в том, что коррупция как бы дистанцируется от управленческого аппарата как единственного своего пристанища. Коррупция - это и порождение прогрессирующей социальной безнравственности, результат безрассудного социального попустительства.

С точки зрения теории государственного управления, коррупция есть подсистема общественного регулирования, которая порождается неэффективностью (во всех ее проявлениях) деятельности государственной власти, ее аппарата и возникает как реакция на искажения, проблемы, сбои, «пробуксовки» в функционировании этой системы.

В последние десятилетия прошлого века интенсивное развитие получил экономический подход к проблеме коррупции. Речь идет, прежде всего, о теориях и концепциях школы Общественного выбора. Главная идея этой школы заключается в том, что коррупция появляется и растет в силу стремления получить экономическую ренту посредством того политического процесса, которым является государственное регулирование различных сфер экономической жизни. Поняв это, заинтересованные группы в лице бюрократии, политиков, бизнеса пытаются поставить принуждающую силу государства на службу частным интересам.

Политологические исследования коррупции берут начало в трудах Платона и Аристотеля, считавших, что именно коррупция ведет к появлению «испорченных» форм государственного правления – тирании и олигархии. Современная политология обращает особое внимание на такие формы коррупции, как незаконное финансирование политических партий, парламентские злоупотребления, торговлю влиянием, которые образуют коррупцию политическую, т.е. верхушечную, отличающуюся от коррупции низовой - деловой и бытовой, лишенной явно выраженного политического содержания. Вместе с тем, любая форма коррупции имеет как политические предпосылки, так и политические последствия.

Отличительной чертой новейших исследований коррупции является междисциплинарный подход. Коррупция составляет предмет исследования обществоведов самых разных специальностей. Поэтому традиционное деление исследовательских подходов по научно-отраслевому признаку обычно дополняется различными нетрадиционными классификациями, объединяющих представителей всех отраслей социальной науки.

Для целей исследования хотелось бы, прежде всего, выделить так называемое «ревизионистское» направление, связанное с проблематикой стран третьего мира, других переходных обществ и трактующее коррупцию как проявление незавершенной модернизации. К «ревизионистам», выступающим против упрощенного подхода к коррупции как отклонению от нормы, можно отнести многих зарубежных и отечественных исследователей, формально выступающих с позиций и социологии, и экономики, и политологии, и социальной антропологии (Г. Сатаров, С. Кордонский и др.). Если обозначить суть «ревизионистского» подхода на примере работ институционального, политэкономического характера, то состоит она в том, что коррупция в любой стране мира есть форма социального обмена, а коррупционные платежи являются частью трансакционных издержек.

«Ревизионистам» противостоят «ортодоксы», однозначно трактующие коррупцию как государственно-управленческую, политическую и социальную патологию. К «ортодоксам» (не всегда, но чаще всего), можно отнести представителей уголовно-правового направления исследований. Наш подход в большей степени базируется на достижениях «ревизионистского» подхода, вбирая в себя при этом черты междисциплинарности и естественного акцентирования особенностей политологического исследования феномена коррупции.

Наибольшую помощь диссертанту в его исследовании оказали работы ведущих российских экономистов – В.М. Полтеровича, В.В. Попова, М.Э. Дмитриева, С.М. Гуриева, Я.И Кузьминова. Использовались также оригинальные исследования историка Д.Е. Фурмана, политологов С.Ю. Барсуковой и О.В. Поповой, коррупциолога М.А. Суторминой-Гилевской, социологов А.С. Быстровой, М.В. Сильвестрос и других известных авторов.

Диссертант опирался также на научные источники более широкого проблемного спектра, раскрывающие существенные аспекты эволюции российской государственности, взаимодействия государства и бизнеса, государства и некоммерческих организаций, становления в России гражданского общества. Большой научный интерес вызывают в этой связи труды С.П. Перегудова, А.Ю. Зудина, Ф.И. Шамхалова, И.С. Семененко, Н.Ю. Лапиной, О. Крыштановской, А.И. Соловьева, С.В. Рогачева, М.Г. Анохина, В.С. Комаровского, В.А. Михеева, А.С. Фалиной, П.А. Толстых и других специалистов

Значительный объем научной литературы по избранной диссертантом проблеме не снимает необходимости проведения политологического анализа проблем, связанных с особенностями коррупции в постсоциалистических государствах, специфики отечественной коррупции и выработки совместными усилиями государственных и общественных структур адекватной сложившимся условиям эффективной антикоррупционной стратегии.

Общая рабочая гипотеза исследования заключается в предположении о том, что высокий уровень коррупции в постсоциалистических странах, включая Россию, обусловлен начавшейся в 1990-е гг. и ныне продолжающейся фактической институционализацией коррупционных отношений. В отличие от классических представлений о коррупции как «повреждении» нормального хода управления делами общества, форме девиантности, релевантная трактовка постсоциалистической коррупции должна учитывать происходящие в ней сущностные изменения: из аномалии коррупция угрожает стать и зачастую становится доминирующей нормой взаимодействия социальных и политических акторов, основой создания «параллельной» политической и социальной реальности.

Диссертант полагает, что важнымм шагами к нейтрализации этой деструктивной тенденции в России могут стать незамедлительное и публичное формирование государственной антикоррупционной стратегии, опирающейся на лучший зарубежный опыт, а также реальное практическое взаимодействие государственных и общественных структур, преодоление пассивной позиции отечественного бизнеса.

Объектом исследования выступает коррупция как дисфункциональный для перспектив экономического и демократического развития современных обществ феномен.

Предметом исследования являются особенности и факторы коррупции в постсоциалистических странах, используемые в постсоциалистических странах эффективные антикоррупционные стратегии, а также процессы формирования и реализации антикоррупционной стратегии в России.

Целью исследования является выявление на основе политологического анализа истоков и сущности коррупции, причин модификации ее природы в постсоциалистических странах, проблем разработки и осуществления государственной антикоррупционной стратегии Российской Федерации с учетом позитивного зарубежного опыта.

Данная цель конкретизируется в следующих исследовательских задачах:

раскрыть истоки и сущность коррупции как широко распространенного общественного явления, рассмотреть теоретико-методологические подходы к его исследованию;

проанализировать политологические ракурсы изучения коррупции;

выявить особенности и факторы коррупции в постсоциалистических странах;

рассмотреть проблемы взаимосвязи между коррупцией и процессами постсоциалистической демократизации;

обобщить зарубежный опыт ограничения коррупции, выявить наиболее эффективные стратегии и методы;

проанализировать процесс разработки антикоррупционной стратегии властными институтами РФ;

оценить потенциал бизнеса и общественных организаций в формировании антикоррупционной стратегии России.

Теоретической основой диссертации стали концепции классиков мировой политической мысли относительно причин возникновения и развития коррупции, способов ее нейтрализации. В наибольшей степени диссертант обращался к разработкам неоинституционального направления в современной политологии, в частности – к теориям школы Общественного выбора, установившим связь между коррупцией и рентоориентированным поведением бюрократии (Дж. Бьюкенен, А. Крюгер).

Разработке проблемы способствовал также анализ идей и выводов, содержащихся в трудах М.А. Бакунина (концепция коррупции как политического института) и П.А. Кропоткина (отрицание консолидирующей роли бюрократического государства и расширение автономии нравственной личности), Э. Дюркгейма (один из первых вариантов структурно-функционального анализа), Р. Мертона (теория функционализма), К. Маркса (концепции азиатского способа производства, социально-классовых антагонизмов), М. Вебера (теория рационально-эффективной бюрократии), Ш. Эйзенштадта (теория модернизации), Г. Алмонда и С. Вербы (теории политической модернизации, гражданской культуры и стабильности демократии) и многих других авторов.

Из современных отечественных и зарубежных теоретиков следует также отметить Л.В. Гевелинга, установившего связь между коррупцией и формированием криминально-деструктивных форм государственности, С. Липсета и Г. Ленца, развивающих версию влияния культурной инерции на рост постсоциалистической коррупции, Ф. Закария, изучающего связь между демократией и экономическим ростом и др.

Методологической основой исследования являются, в самом общем плане, идеи «ревизионистского» подхода, адаптированного для изучения особенностей коррупции в «транзитных» странах и позволяющего более адекватно описывать коррупционные практики на постсоветском пространстве. В более конкретном смысле, это – положения теорий политической ренты (А. Крюгер), «моральной экономики выживания» (Дж. Скотт), «институциональных ловушек» (В.М. Полтерович), а также тезис о высокой степени корреляции между снижением коррупции и укреплением демократических институтов на постсоветском пространстве (М.Э. Дмитриев).

Методы исследования. В качестве ведущего использован сравнительно-политологический метод, предполагающий сравнение однотипных политических институтов и процессов, а также методы общелогического, философского, экономического анализа. Применялся структурно-функциональный и системный анализ, нацеленный на выявление элементов взаимодействия между экономической и политической подсистемами современного общества, между экономикой и политикой, экономикой и культурой и т.д.

Эмпирическая база исследования представлена официальными документами международных организаций, органов государственной власти РФ и других постсоциалистических стран, выступлениями политических лидеров, опубликованными стратегиями противодействия коррупции, интервью с действующими политиками, членами правительств, руководителями бизнес-структур и гражданских ассоциаций, данными социологических исследований и статистики, материалами СМИ и Интернет-ресурсами.

Положения, выносимые на защиту.

1. Коррупция, под которой принято понимать злоупотребление государственной властью в целях получения личной выгоды, зарождается при обособлении функций управления в общественной и хозяйственной деятельности, в эпоху формирования государственности. В силу сложности данного феномена и его причинного комплекса, многозначности проявлений и последствий во всех областях человеческой жизнедеятельности наиболее продуктивен не узко отраслевой, а междисциплинарный подход к изучению коррупции.

2. Важная особенность коррупции в постсоциалистических странах состоит в том, что из неизбежного спутника глубоких социальных преобразований она превращается в структурный принцип социальной организации. Выполняя на начальном этапе реформ функцию поддержания стабильности, выживания и адаптации системы, коррупция становится «институциональной ловушкой», закрепляется в системе норм, что абсолютно разрушительно с точки зрения перспектив экономического роста и демократического общественного развития.

3. Наиболее значимый фактор, толкнувший постсоциалистические общества в ловушку коррупции - «шоковая» стратегия экономических реформ, включая поспешную приватизацию. Политическим источником коррупции в определенной степени является и неподготовленная демократизация, которая при слабых институтах, отсутствии традиций оборачивается рыночной продажей голосов, должностей и политических решений. Следует подчеркнуть, что коррупция связана не с демократией как таковой, а с недостаточно высоким уровнем ее развития.

4. Рост коррупции сменяется ее постепенным сокращением при условии принятия и реализации государствами эффективных антикоррупционных стратегий, включая соответствующие изменения в политической системе. Сравнивая европейскую (на примере Словакии) и азиатскую (на примере Гонконга) стратегии, диссертант констатирует, что различие в приоритетах (активность гражданского общества или жесткие административные меры) не исключает общности их позиций в вопросах прозрачности и подконтрольности аппарата обществу, сотрудничества государства с гражданскими ассоциациями, воспитания культуры антикоррупционности.

5. Аномально высокий по сравнению с другими показателями социально-экономического развития нашей страны уровень коррупции в России обусловлен, с одной стороны, усиливающейся институционализацией коррупционных отношений, и это сближает Россию с другими постсоциалистическими странами. С другой стороны, в отличие от лидеров постсоциалистического антикоррупционного рейтинга сегодняшняя Россия ослабила стратегический курс на укрепление демократических институтов, а также не использовала в полной мере антикоррупционные ресурсы административной реформы, законодательства, правоохранительных структур.

6. России необходима комплексная государственная стратегия, учитывающая лучший зарубежный опыт и сочетающая административные и демократические компоненты противодействия коррупции. В их числе: создание специализированных механизмов антикоррупционных расследований, экономическое дерегулирование, деперсонализация и регламентация взаимодействия госслужащих с гражданами и организациями, регулярная ротация должностных лиц, конкурентные условия их оплаты, публичный конкурс как механизм найма, независимость судебной системы и органов расследования и многое другое. Приоритетом стратегии должно стать развитие демократических институтов и, прежде всего, реальной многопартийности и независимых СМИ.

7. Важнейшим фактором эффективности антикоррупционной стратегии является в перспективе усиление роли гражданского общества в ее формировании и реализации. Сегодня гражданское общество в России слабо, антикоррупционный потенциал бизнес-структур, некоммерческих гражданских ассоциаций невысок. Поэтому демократизм антикоррупционной стратегии сегодня может быть обеспечен: а) публичным характером разработки и обсуждения проекта стратегии в СМИ; б) максимальным привлечением к этому процессу представителей законодательной и исполнительной власти всех уровней, местного самоуправления, бизнес-сообщества, академической общественности, журналистов; в) введением соответствующих учебных курсов в обучающие программы систем первого и второго высшего образования, повышения квалификации работников органов государственного управления.

Основные научные результаты, полученные лично автором, и их научная новизна:

1) установлено, что большинство используемых в современной литературе определений подразумевают под коррупцией (в полном соответствии с этимологией слова) нарушение закона, порчу государственного механизма, процесса принятия решений и т.д. Проведенный анализ показал, что это не всегда так. Во многих странах, называемых «переходными» (частным случаем «переходности» является постсоциалистическое развитие), коррупционные связи демонстрируют тенденцию становиться не отклонением от нормы, а просто иной нормой. В этом случае о коррупции (невзирая на этимологию) надо говорить как о специфической форме взаимодействия власти и общества в условиях слабой государственности, неустоявшегося правопорядка, укорененности патрон-клиентских традиций, слепого своекорыстия правящей политико-административной и экономической элиты;

2) впервые в обобщенном виде представлены итоги политологического анализа коррупции. Обоснована правомерность трактовки политической коррупции как самостоятельного вида коррупционных отношений. Под политической коррупцией понимается нелегитимное использование господствующей политической и административной элитой государственных ресурсов в целях укрепления своей власти и/или обогащения. Обосновано также использование понятий «политическая коррупционная сеть» (неформальные отношения чиновников с частными структурами и интересами, оказание взаимных услуг без получения и передачи взяток), «коррупция политического процесса» (деградация демократии посредством деструктивных избирательных технологий) и др.

3) проведенное диссертантом сопоставление рейтингов антикоррупционности и демократии позволило установить, что в шестерке лидеров обоих списков фигурируют одни и те же страны, причем в одинаковой последовательности. Это говорит об очень высоком проценте позитивной корреляции между уровнем демократического развития и уровнем обуздания коррупции в постсоциалистических странах. Диссертант считает, что значение рейтингов не следует преувеличивать: сама по себе демократия не является еще гарантией от коррупции. Однако ее отсутствие делает коррупцию неизбежным элементом политической и экономической жизни.

4) сделан вывод о целесообразности пересмотра утвердившегося в литературе противопоставления «европейской» и «азиатской» стратегий антикоррупционной политики. Сегодня имеет смысл говорить о разделении не столько самих стратегий, сколько стран, их использующих, на две большие группы - тех, кто реально противодействует коррупции, и тех, кто в большей степени имитирует антикоррупционную активность. Страны, добившиеся успеха, (большинство государств ЦВЕ, Гонконг и др.) демонстрируют единые и для Востока, и для Запада политические условия – непоколебимую волю к победе над коррупцией, проявляемую национальными лидерами, их безупречную личную репутацию, существование элитного консенсуса по проблеме обуздания коррупции.

Теоретическая значимость диссертационного исследования состоит в приращении эвристических возможностей политологического изучения коррупции. Решение задач, поставленных в диссертационном исследовании, способствует более глубокому теоретическому осмыслению проблемы взаимодействия экономики и политики. Комбинированное использование возможностей правового, государственно-управленческого, экономического, социологического, культурологического анализа позволяет расширить рамки политической науки.

Практическая значимость диссертации заключается в том, что положения и выводы диссертации могут быть использованы органами государственной власти и управления, бизнес-структурами и общественными организациями в работе по формированию и реализации государственной антикоррупционной стратегии РФ. Работа содержит большой теоретический и практический материал, который может быть востребован для чтения лекционного курса по специальностям «политология», «государственное и муниципальное управление», различного рода спецкурсов. Диссертация может стать основой для подготовки учебно-методического пособия.

Апробация результатов исследования. Диссертационная работа обсуждена на проблемной группе и рекомендована к защите на заседании кафедры политологии и политического управления РАГС. Основные положения и выводы отражены в 5-ти публикациях автора. Результаты исследования частично использовались при проведении активных форм занятий в группах очно-заочного отделения РАГС.

Структура диссертации. Работа состоит из введения, трех глав, заключения, списка использованной литературы и приложений.

Подобные работы
Ву Чжон Чул
Политический процесс в Республике Корея в переходный период (Сущность, особенности, тенденции развития)
Устинова Наталья Вячеславовна
Политическая репутация: сущность, особенности, технологии формирования
Лихачев Игорь Владимирович
Политические элиты современной России: сущность, особенности, перспективы
Вильде Андрей Алексеевич
Особенности политического процесса объединенной Германии : Становление, сущность, динамика
Гасанов Джамаладин Набиевич
Становление национальной системы противодействия международному терроризму :Политологический анализ
Иликаев Александр Сергеевич
Органическая демократия: политологический анализ сущности, особенностей и перспектив реализации
Калинин Александр Евгеньевич
Современный духовно-идеологический процесс в обществе: сущность, тенденции, особенности.
Молдабаев Саркытбек Сарсембаевич
Воинские преступления в Республике Казахстан: современное состояние и механизм противодействия :Криминологический и уголовно-правовой анализ
Касторский Геннадий Львович
Уголовно-правовой и криминологический анализ использования концепций мировых религий в противодействии преступному поведению
Степанов Максим Вячеславович
Уголовно-правовая политика противодействия преступлениям против собственности :Теоретико-прикладной анализ

© Научная электронная библиотека «Веда», 2003-2013.
info@lib.ua-ru.net