Электронная библиотека Веда
Цели библиотеки
Скачать бесплатно
Доставка литературы
Доставка диссертаций
Размещение литературы
Контактные данные
Я ищу:
Библиотечный каталог российских и украинских диссертаций

Вы находитесь:
Диссертационные работы России
Исторические науки
Историография, источниковедение и методы исторического исследования

Диссертационная работа:

Дука Олег Геннадьевич. Эпистемологический анализ теорий и концепций исторического развития с позиций вероятностно-смыслового подхода (на примерах российской историографии) : Диссертация на соискание ученой степени доктора исторических наук : 07.00.09 – «Историография, источниковедения и методы исторического исследования» (исторические науки). - Екатеринбург, 2001.

смотреть содержание
смотреть введение
Содержание к работе:

Глава I. Теоретические основы вероятностно-смыслового подхода 79

1.1. Историческая действительность как историко-эпистемологический феномен.

Теории и концепции исторического процесса как знаковые смысловые системы 79

  1. Свойства исторической действительности как эпистемологического феномена 79

  2. Специфика историко-эпистемологического подхода к изучению исторической действительности 83

  3. Теории и концепции исторического процесса как семиотические системы 88

1.1.4. Динамическая модель семиотической системы Ю.М. Лотмана 94

Рис. 1 99

Выводы 99

1.2. Семантика теорий и концепций исторического процесса с позиций герменевтики 49

  1. Проблема понимания в научно-познавательной деятельности 50

  2. Концепции понимания А.Л. Никифорова, Н.С. Автономовой и В.У. Бабушкина 56

Выводы 66

1.3. Вероятностно упорядоченный характер исторического знания. Методы познания
исторических явлений и процессов, имеющих вероятностную природу
67

1.3.1.Вероятностно упорядоченный характер исторического знания 67

1.3.2. Вероятностные логики в гуманитарном знании. Логика В.В. Налимова 70

Выводы 78

Заключение по первой главе 80

Глава 2.Историческое познание с позиций вероятностно-смыслового подхода 84

2.1. Распознание объектов истории с помощью эпистемологических образов 84

2.1.1. Сущность и содержание эпистемологических образов 84

Рис. 2 87

2.1.2. Роль эпистемологических образов как фильтров предпочтения в процессе

исторического познания 90

Выводы 102

2.2. Содержательные структуры эпистемологических образов как фильтры предпочтений 104

2.2.1.Эпистемологический образ научной рациональности 104

  1. Эпистемологический образ научной истины 113

  2. Эпистемологический образ исторического времени 121

  3. Эпистемологический образ исторического пространства 129

  4. Эпистемологический образ исторического процесса 134

Выводы 150

Заключение по второй главе 152

Глава III. Анализ классических теорий и концепций исторического процесса с позиций
вероятностно-смыслового подхода 154

3.1. Общая характеристика классических теорий концепций исторического процесса.
Формационная, цивилизационная и структуралистская логико-семиотические подгруппы
155

  1. Общая характеристика классических теорий и концепций исторического процесса 155

  2. Формационная подгруппа. Традиционная советская марксистская концепция истории

России 158

  1. Цивилизационная подгруппа. Концепция Л.И. Семенниковой 161

  2. Структуралистская подгруппа. Социокультурная теория российской истории А.С.

Ахиезера 166

Выводы 174

3.2. Позитивистская логико-семиотическая подгруппа. Внесистемные теории и концепции 174

3.2.1.Позитивистская подгруппа. Концепция истории России как общества с минимальным

объемом совокупного прибавочного продукта Л.В. Милова 174

3.2.2. Внесистемные классические концепции истории России 182

Выводы 185

Заключение по третьей главе 185

Глава IV. Неклассические теории и концепции исторического процесса с позиций

вероятностно-смыслового подхода 189

4.1. Неоформационная, неоцивилизационная и клиометрическая логико-семиотические
подгруппы
189

  1. Общая характеристика неклассических теорий и концепций исторического процесса 189

  2. Неоформационная подгруппа. Теория Л.Е. Гринина 190

  3. Неоцивилизационная подгруппа. Цивилизационная концепция И.Г. Яковенко 193

  4. Клиометрическая подгруппа. Теория институционального развития народного

хозяйства О.Э. Бессоновой 201

Выводы 208

4.2. Модернизационная и социогенетическая логико-семиотическая подгруппы.

Внесистемные концепции 209

  1. Модернизационная подгруппа. История России с позиций теории модернизации 209

  2. Социогенетическая подгруппа. Полициклично-генетическая теория Ю.В. Яковца 218

  3. Внесистемные теории и концепции. Историко-хронологическая концепция А.Т.

Фоменко и Г.В. Носовского 229

Выводы 239

Заключение по четвертой главе 240

Глава V. Вероятностно-смысловой анализ постнеклассических теорий и концепций
исторического процесса
245

5.1. Общая характеристика постнеклассических теорий. Синергетическая, биосферно-
ноосферная и эволюционно-энергетическая логико-семиотические подгруппы
245

  1. Общая характеристика постнеклассических теорий 245

  2. Синергетическая подгруппа постнеклассических теорий 247

  3. Биосферно-ноосферная логико-семиотическая подгруппа 253

  4. Эволюционно-энергетическая логико-семиотическая подгруппа постнеклассических

теорий и концепций 261

Выводы 269

5.2. Информационная и глобалистская логико-семиотические подгруппы 270

  1. Информационная логико-семиотическая подгруппа 270

  2. Глобалистская логико-семиотическая подгруппа 283

Выводы 298

Заключение по пятой главе 301

Глава VI. Вероятностно-смысловая концепция исторического процесса: опыт

конструирования 307

6.1. Основные этапы становления исторических теоретических систем. Качественный

анализ и содержательное моделирование 307

Выводы 318

6.2. Содержательно-генетическая логика концепции 319

Рис. 9 320

Рис. 13 332

Выводы 337

Заключение по шестой главе 337

Заключение 340

Библиографический список 352

Введение к работе:

Актуальность исследования вызвана, в первую очередь, метаморфозами науки и интеллектуальной культуры на рубеже веков и тысячелетий, которые оказывают все более значительное воздействие на развитие исторических исследований. В результате воздействия указанных факторов в развитии современной исторической науки проявляют себя две противоположные тенденции.

С одной стороны, вполне очевидно усиление стремлений к интеграции различных областей научных знаний. Системный подход и синергетика положили начало очередному этапу в выработке общенаучного аппарата. Если во второй половине XX века эти тенденции выразились в основном в кибернетике, в точных и технических науках, то на рубеже веков в интегративные процессы все сильнее «втягиваются» области гуманитарного знания.

С другой стороны, историческая наука подпадает под
воздействие идеологии методологического плюрализма,

утверждающего разнообразие типов и направлений в интеллектуальной культуре. Отсюда - актуальность проблемы достижения понимания, согласований между различными научными школами, исследовательскими группами, что заключается в выработке единого «дисциплинарного языка», логики законов, то есть всего того, что удерживает разнообразие в рамках единой исторической науки.

Рассмотренные выше тенденции очень ярко проявляют себя в развитии современной отечественной исторической науки. Методологический плюрализм, характерный для последнего десятилетия ее развития, во многом обусловлен не только начавшейся в годы перестройки среди историков переоценкой ценностей и

52 усвоением других, альтернативных традиционной советской

концепции истолкований истории.

Этому способствовала сама специфика перестроечного и постперестроечного периодов истории нашей страны, насыщенных историческими событиями, неоднозначных по своим последствиям -непосредственным и долговременным. Неоднозначные оценки породила и обильная новая информация об историческом прошлом, ставшая доступной для исследователей в это время. Следует помнить, что такая информация активно воздействовала на историческое сознание, делая его существенным фактором исторического процесса.

Приведенные обстоятельства определяют проблемы
современного этапа развития отечественной исторической науки,
которые порождены противоречиями между тенденцией к усилению
методологического плюрализма, разнообразия типов

интеллектуальной культуры и все более осознаваемой историками необходимостью разработки универсального когнитивного аппарата, позволяющего

осмысленно работать в условиях насыщенного историческими событиями периода развития нашей страны, обилия новой информации об историческом прошлом;

формировать общую позицию по отношению к исторической действительности с учетом множеств теоретических систем, по-разному ее выражающих;

- осуществить интеграцию истории с другими науками.
Кроме этого тяготение к научному плюрализму удачно

дополняется интересом историков к работам в области синергетики, системного подхода, общенаучных знаний.

Направление наших поисков в указанном направлении было подсказано анализом познавательной ситуации в современной отечественной исторической науке. Он показывает, что на рубеже

53 веков и тысячелетий ее образ существенно изменился. Классические

кумулятивистские представления о движении научного знания

сменяются представлениями о противоборстве и взаимовлиянии

различных исследовательских программ. Отсюда - стремление

превратить понимание в универсальную методологическую

процедуру, а это актуализирует ее сопряжение с интерпретацией

семантики понятий и категорий.

Отсюда же - обращение к идеям и методам герменевтики -учения о понимании. В духе философской герменевтики мы рассматриваем историческую действительность как семиотическое образование, а теории и концепции исторического процесса - как смысловые структуры, интерпретации смысла истории.

В философии и гуманитарных науках в употреблении понятия смысла сложились две традиции. Согласно одной из них смысл используется как синоним понятия значения. Согласно другой традиции он рассматривается как концептуальная оппозиция значения, указывающая на замысел, задачу, интенцию автора высказывания, на неязыковой контекст, ситуацию употребления знака [187, с.10, 12, 26]. В нашем исследовании понятие смысла трактуется в духе второй из указанных традиций - как субъективная ценностная значимость, определяемая через более широкий контекст, интенцию и энтелехию автора высказывания [187, с.26, 73, 115, 121, 122, 394].

Вместе с тем обращение к логико-семантической трактовке смысла восходящей к Г. Фреге потребовало обратить внимание на знаково-символьную природу истории, а следовательно - выйти на уровень ее семиотического представления.

Истолкование исторической действительности как базового текста, а теорий и концепций исторического процесса - как его интерпретаций привело нас к представлению о теориях и концепциях как о знаковых структурах, смысловое содержание которых может

54 быть проанализировано с помощью методов семиотики - науки о

знаковых системах.

Семиотический же анализ смыслового содержания теорий и концепций показал, что в формирующейся новой исторической теории, не имеющей еще полной и цельной интерпретации, всегда имеются понятия, не связанные однозначно с исследуемыми объектами.

Связано это главным образом не с субъективными и случайными ошибками отдельных исследователей, а с самой природой исторического познания, объекты которого недостаточно однозначны и определенны. Кроме того, научная картина мира постоянно расширяется и пересматривается, в связи с чем определенные ее фрагменты приходится заново переосмысливать и истолковывать. Нельзя не учитывать и такой фактор, как воздействие на интерпретацию истории мировоззренческих установок исследователей, их социальных интересов и политических пристрастий. Все это дало нам основание охарактеризовать теории и концепции исторического процесса как вероятностно упорядоченные смысловые структуры, в исследовании которых нужно прибегать к особым, вероятностным методам.

Понятие вероятности имеет много смысловых оттенков. Оно характеризуется через категории действительности и возможности, необходимости и случайности, сущности и явления [308, с.162-169]. В нашем же исследовании оно определяется через категорию научной истины и используется в логическом смысле - как степень правдоподобия, подтверждения гипотез в условиях неполноты и неполной достоверности информации.

Вероятностные методы исследования давно используются в исторических исследованиях. Речь идет, прежде всего, о методах статистического анализа. Но вероятностные методы всегда

55 использовались специалистами как вспомогательные, т.к. смысловые

структуры исторических теорий и концепций не интерпретировались

как семиотическая реальность, подчиняющаяся вероятностным

закономерностям.

В диссертации предпринята попытка использовать при анализе смыслового содержания анализируемых теорий и концепций вероятностные методы исследования как основные, развивая их как инструментарий историографических исследований.

Уяснению вероятностной в эпистемологическом отношении природы исторических знаний способствовало изучение трудов специалистов в области методологии, когнитивной психологии, теории распознавания образов, гомеостатики. Разработанная нами на основе синтеза идей семиотики, герменевтики, вероятностной логики, когнитивной психологии, теории распознавания образов, гомеостатики технология историографических исследований получила название вероятностно-смыслового методологического подхода.

Проблема исследования, возможно ли в условиях современного методологического плюрализма, гносеологического релятивизма, рассогласования множества историографических систем и слабой проработанности когнитивных проблем современной историографии создание универсального когнитивного аппарата, позволяющего разработать обобщающую концепцию исторического процесса, соответствующую современной, постнеклассической парадигме научного мышления?

Определение проблемы позволило сформулировать тему исследования. «Эпистемологический анализ теорий и концепций

56 исторического процесса с позиций вероятностно-смыслового

подхода (на примерах современной российской историографии ).

Историография проблемы исследования. Вопрос о разработке универсального когнитивного аппарата фактически стоял перед отечественными историками уже в 1970-80-е годы.

Конечно, в советский период, в условиях идеологического и
теоретического монизма, форма постановки этого вопроса была иной,
чем в наши дни. Единственным методом советской исторической
науки выступала теория общественно-экономических формаций.
Другие методологические подходы объявлялись вульгарными или
идеалистическими. Поэтому речь могла идти только о
совершенствовании уже разработанного универсального

когнитивного научного аппарата - аппарата формационного подхода.

В середине 1970- 80-х годах вышли работы Г.А. Антипова [19], М.А. Барга [32], В.А. Дьякова [116], Н.А. Ерофеева [120], Е.М. Жукова [122], В.В. Иванова [131], Г.М. Иванова, A.M. Коршунова и Ю.А. Петрова [133], В.Ж. Келле и М.Я. Ковальзона [156], И.Д. Ковальченко [168], Б.Г. Могильницкого [216], коллективная монография под редакцией Ю.В. Бромлея, М.П. Кима и И.И Минца [142], диссертационные исследования Н.М. Дорошенко [113], М.П. Завьяловой [124], А.В. Белова [37], СВ. Грицюка [95], Т.М. Лариной [181] и др.).

В этих исследованиях был рассмотрен ряд общих и специфических методологических проблем исторической науки: 1) ее предмет и место в системе других наук; 2) вопрос о закономерностях исторического развития; 3) проблема смысла истории; 4) вопрос о истинности результатов исторического познания; 5) о системе

1 Понятие «историография» имеет несколько смысловых значений. Первое из них - совокупность работ, посвященных какой-либо теме, проблеме или вопросу (например, историография Великой Отечественной войны). Второе смысловое значение - совокупность работ, написанных в определенный период (например, историография 1920-х годов). Третье смысловое значение -

57 категорий исторической науки; 6) о понятии исторического факта; 7) о

понятии исторического источника; 8) об использовании

социологических понятий и методов в историческом исследовании; 9)

об использовании математических методов исследования

фактического материала. Как видим, половина из названных вопросов

имеет отношение к проблеме совершенствования аппарата

исторической науки.

Этой проблеме посвящаются и специальные исследования. В их числе - монографии М.А. Барга [31], А.Я. Гуревича [ПО], B.C. Шмакова [355], сборник статей «Категории исторических наук» (Л., 1988) [155].

Если работу Е.М. Жукова и коллективную монографию под редакцией Ю.В. Бромлея, М.П. Кима и И.И Минца отличает традиционализм, то монографии Г.А. Антипова, М.А. Барга, И.Д. Ковальченко и Б.Г. Могильницкого написаны «на границе» формационного подхода. И это не случайно.

Время издания этих работ - вторая половина 1980-х годов, когда в стране постепенно утверждался идеологический плюрализм. В обстановке свободы выбора идеологических и методологических ориентиров авторы методологических исследований, оставаясь на позициях формационного подхода, пытались обогатить его когнитивный аппарат методами и терминологией, заимствованными из других методологических подходов.

Такой подход во многом стимулировали издания в во второй половине 1980-х - начале 1990-х годов работ М. Блока, Ф. Броделя, Г.-Х. Гадамера, К. Гемпеля, Р. Дж. Коллингвуда, К. Поппера, А. Тойнби, П.А. Сорокина, Л. Февра, К. Ясперса и других видных представителей западной философии и методологии истории.

история исторической науки. В данном случае понятие «историография» употребляется во втором его смысловом значении.

58 Так, в работе И.Д. Ковальченко заметно влияние позитивизма с

его ориентацией на превращение истории в точную науку путем

внедрения в исследовательскую практику, в частности,

количественных методов. В постановке и решении методологических

проблем, рассмотренных в монографии Г.А. Антипова, сказывается

влияние феноменологического подхода, а в работах М.А. Барга и Б.Г.

Могильницкого - методологии М. Вебера.

В программной же статье А.Я. Гуревича, опубликованной в 1988 г. [108], провозглашается полный разрыв с марксизмом и переход на позиции «новой исторической науки», сформировавшейся под влиянием идей неокантианства, М. Вебера, Р. Дж. Коллингвуда, Б. Кроче, идеологов «школы «Анналов».

Во второй половине 1980-х - начале 1990-х годов формационный подход подвергся серьезной критике. Оппоненты указывали на то, что будучи созданным на базе обобщения исторического опыта части западноевропейских стран, формационный подход игнорировал существенные цивилизационные характеристики других регионов. Самым же слабым его местом была концепция коммунистической формации - «счастливого финала человеческой истории» [318, с. 125].

Под влиянием критики сторонники формационного подхода осуществили его модернизацию. Появились неоформационные теоретические системы, в которых подверглись пересмотру многие постулаты традиционной теории. Среди них - концепция "культурных кодов" К.М. Кантора [149, 150], социологическая теория Л.Е. Гринина [91-94], концепция исторического процесса И.А. Гобозова [85, 86] и др.

Модифицированный формационный подход стал одной из макротеорий исторического процесса, которой придерживается часть

59 российских историков. Но его когнитивный аппарат не стал

общепризнанным в научном сообществе.

Второй макротеорией стал цивилизационный подход. В постсоветский период появились десятки статей и монографий отечественных историков, в которых исследуются цивилизационные, т.е. инвариантные характеристики российского общества, определяющие его своеобразие [См., например, 1, 141, 314]. Но когнитивный аппарат цивилизационного подхода также не стал общепризнанным, т.к. в ходе исследовательской практики выяснилась его ограниченность. Так, слабым местом цивилизационнных концепций является объяснение динамики развития цивилизации. Размыты смыслообразующие понятия цивилизационного подхода -«ментальность», «менталитет», «тип культуры» [84, с. 104].

Эти недостатки присущи и аппарату модифицированных цивилизационных концепций, созданных последователями "школы "Анналов" и исторической антропологии.

В последние годы отдельные историки стали высказывать соображения о взаимодополняемости формационного и цивилизационного подходов [84, с.102; 343, с.8]. Но сравнительный анализ ценности и плодотворности этих подходов не привел к созданию синтетической макротеории, воплощающей их достоинства и лишенной присущих им недостатков.

Во второй половине 1990-х годов появились исследования по истории России, написанные с позиций теории модернизаций, составляющей серьезную конкуренцию формационному и цивилизационному подходам. Это: работы В.В. Алексеева [7-9], К.И. Зубкова [129], Б.Н. Миронова [214], В.А. Красилыцикова [161], Н.Ф. Наумовой [239], И.В. Побережникова [269-270], коллективные монографии «Модернизация в России» (М., 1994) [217], «Опыт российских модернизаций в XVIII-XIX вв." (М.,1999) [255] и др.

Подобные работы
Сазонов Алексей Андреевич
Марксистско-ленинская концепция соревнования двух мировых общественных систем в сфере международных экономических отношений история и теория
Костров Александр Валерьевич
Развитие концепции старообрядчества в официально-церковном и старообрядческом направлениях отечественной историографии во 2 пол. XIX-нач. XX вв.
Соничева Н. Е.
Становление и развитие исторической концепции Г. В. Вернадского
Тетюшев, Владимир Ильич
Исторический опыт КПСС по руководству социалистическим преобразованием экономики СССР и буржуазные "критики". (Критический анализ англо-американской и западно-германской историографии. 1917-1980 гг.)
Игнатушина Инесса Васильевна
Роль Л. Эйлера в разработке основ математического анализа: теория гамма- и бета-функций в его печатных и неопубликованных работах
Колотухина, Наталья Владимировна
Концепции нового мироустройства в американской теории международных отношений в конце 1980-х - первой половине 1990-х гг.
Дронов Иван Евгеньевич
Разработка консервативной концепции развития России в творчестве В. П. Мещерского
Пономарева Мария Александровна
П. Б. Струве в эмиграции (Развитие концепции либерального консерватизма)
Байковский Константин Юрьевич
Развитие концепций царства, святости и войны за веру в трудах московских книжников XV века
Томилин Константин Александрович
Генезис и развитие концепции фундаментальных физических постоянных

© Научная электронная библиотека «Веда», 2003-2013.
info@lib.ua-ru.net